Что за женщина находилась в доме? Соседка? Домработница? Родственница, приехавшая погостить? Грубо работают спецслужбы, даже не выяснили, есть ли в доме посторонние. Или руки дрогнули, перестарались. Ждали хозяина в кабинете, кто-то объявился, поняли, что это не хозяин, но кто тогда? Решили взять чужаков без шума, но Марта стала палить… И что мне с этой версии, которых можно навыдумывать десяток?»
Хотелось курить, но не рискнул. Немцы поняли, что кто-то сбежал. Кочерга, измазанная кровью, открытое окно, примятая земля в том месте, где он спрыгнул.
Вряд ли Марта одной рукой отбивалась кочергой, а другой стреляла из пистолета. Незнакомца будут искать, возможно, есть приметы, описание, даже подозрение, что он не немец. Для поиска используют все ресурсы, подключат секретных сотрудников, которые имеются в достатке у любой спецслужбы мира… Удавка на горле еще не сжималась, но уже неприятно терла. Человек, стоявший неподалеку, выбросил окурок в мокрую траву. Поступок возмутительный для немца, чем и привлек внимание.
Мужчина был один, обычный зевака, например из соседнего дома. Покинул пенаты, чтобы посмотреть. Освещенность была неважной, но не сказать, что полностью отсутствовала. Он был невысоким, грузным, явно не молодым. Дышал тяжело, с каким-то подозрительным посвистом. Обрисовывался профиль – мясистый нос, тонкие губы. Голову закрывал капюшон. Мужчина держался за дерево, возможно, неважно себя чувствовал. Он медленно повернулся, двинулся прочь, заметно прихрамывая. Справа раздались голоса, которые отвлекли.
Две женщины ушли с тротуара, под их ногами поскрипывал гравий, хлопнула калитка. Что-то напрягло, заставило собраться. Михаил уставился в спину уходящему человеку. Тот отдалялся, свернул влево, видимо, в проход между участками. Закружилась голова, приметы человека, осевшие в памяти, спроецировались на реальное лицо – пусть затемненное и видимое только в профиль. Стало трудно дышать. Он мог ошибиться, мало ли на свете похожих лиц? А вдруг нет? Михаил отправился по тротуару, прижимаясь к кустам, свернул – за оградой действительно имелся проход.
Впереди покачивалась широкая спина. Кольцов держался на расстоянии. Субъект обернулся, ускорил шаг. Михаил чертыхнулся – а если вооружен, по дурости начнет стрелять? Переулок оказался коротким, субъект выбрался на относительно широкую улицу с электрическими фонарями. Он снова оглянулся. Оружия, слава богу, не припас. Михаил догнал его в освещенной зоне. Трафик еще не прервался, по дороге ползли машины.
