Район один из лучших и нравится мне, поэтому переезжать далеко необязательно — через пару кварталов возводят подходящую новостройку. Если уж мне пустая гардеробная напоминает о Рите, то что говорить о Маше.
Раздавшийся звонок в дверь заставляет меня улыбнуться. Она даже кнопку выжимает как-то по-особенному мягко.
— Здравствуй, — я порога обнимаю ее, вдыхаю запах по-весеннему пахнущих волос и целую. Пальцы Маши вплетаются мне в волосы, скользят на шею, сжимая ее почти до боли. Она отвечает мне жадно, почти отчаянно, сумка из ее рук падает на пол, и хотя дверь по-прежнему открыта настежь, никто из нас не разрывает поцелуй.
Да, я очень соскучился.
Я первым отрываюсь от ее губ, спустя, кажется, вечность. Поднимаю сумку с пола и помогаю раздеться. Тело Маши кажется мне напряженным, когда я вновь ее обнимаю, чтобы проводить в гостиную, она необычно молчалива. Я бы прямо сейчас хотел отвести ее в спальню, но хорошо помню, что она приехала с учебы, голодна, а на кухне стынет еда из службы доставки. Ради ее комфорта собственные желания готов отодвинуть на задний план.
Когда я возвращаюсь с фужерами вина, то вижу ее стоящей посреди гостиной. Щеки порозовели, взгляд ослепляет яркостью. Маша не сводит с меня глаз, по очереди расстегивая пуговицы на рубашке. Двигаться не хочется и не получается — я загипнотизирован зрелищем того, как обнажается белая кожа, и тем, как выглядит ее грудь в черном кружеве бюстгальтера. Отставляю бокалы на первую подходящую поверхность, когда она тянет бретельки вниз, потому что дальше хочу сам.
Губы Маши вновь сливаются с моими — сейчас она жадная, смелая. Ее дыхание походит на всхлипывания, руки сдирают с меня футболку, шарят по спине, ощупывают плечи, гладят живот.
— Девочка моя, — ласковые слова выходят из меня сами собой под напором нежности и возбуждения. Ее джинсы падают на пол вслед за бюстгальтером, Маша обвивает меня ногами и позволяет отнести себя в спальню.
Как и обычно, спонтанность сбивает меня с толку, тяжесть эрекции не дает шанса на прелюдию — мне нужно быть в ней немедленно, сейчас.
Презервативы лежат в тумбочке, но сейчас тянуться за ним кажется не уместным — хочу чувствовать ее кожей.
Ее глаза широко распахиваются, когда я вхожу в нее, ноги сильнее стискивают мои бедра. Ощущать ее под собой незабываемо: тонкое тело, упругая грудь, нежный запах и сбившееся дыхание. Слышать стоны, причиной которых являюсь я. Ладони Маши касаются моего лица, гладят виски, щеки, глаза, не отрываясь смотрят в мои.
