– Но почему, мисс Крюгер? Она блондинка – вы тоже; она красавица – вы тоже… И потом, это всего лишь игра!
– Да, конечно, – довольно вяло согласилась его собеседница, – но ведь в романе ей отрубают голову.
– Мисс Крюгер! Уверяю вас, что в нашем клубе голов не рубят, и вообще все всегда заканчивается благополучно. Если кого-то и убивают, то он встает через минуту и отправляется обедать, а кухня у нас, пожалуй, одна из лучших в Лондоне…
– Я всегда считала неприличным, что руку к убийству миледи приложили ее бывший муж и любовник, – упрямо сказала Грета, и даже ее очаровательный носик дернулся от возмущения.
– Это нехорошо.
– Да, но ведь она отравила мадемуазель Бонасье!
– Которая была ее врагом.
– И убила герцога Бекингемского! – горячился Роджер.
– Который был всего лишь англичанин и враг ее страны.
Это даже нельзя считать убийством! – убежденно объявила его собеседница.
Роджер опомнился. Грета Крюгер нравилась ему – да что там, она чертовски ему нравилась, – а раз так, спорить с ней не имело ни малейшего смысла. Вообще женщинам лучше не перечить, горько помыслил Роджер, потому что все равно ничего хорошего из этого не выйдет.
– Мисс Крюгер, – торжественно промолвил молодой человек, – стоит вам только попросить, и мы устроим игру, в которой ваша героиня предстанет положительным персонажем.
– Он бросил взгляд на портрет Дюма и быстро добавил: – Конечно, автору это бы не понравилось, но у нас есть Гилкрист, мастер на все руки, и я полагаю, что он сумеет набросать сценарий новой трактовки…
Тонкие губы Греты тронула улыбка.
– Вы очень добры, мистер Деннорант… Но вы должны войти в мое положение… понимаете, я из очень старомодной семьи… Они могут меня не понять… Одним словом, я бы хотела сначала присмотреться… к вашему клубу… к играм, которые вы устраиваете… Вы ведь не будете против? – с тревогой спросила она, касаясь его руки.
– Конечно, нет! – вскричал Роджер. – Что до меня, то я готов оказать вам любую помощь.
