– Не знаю, как ему это удалось, но, если исходить из результата, он добился своего. Теперь вот что: меня интересуют все, кого видели в деревне седьмого марта. В особенности – те, кто околачивался на Оксфорд-стрит, а точнее – возле дома Смитов. Сомневаюсь, чтобы убийца был местным, он, скорее всего, приехал из Лондона. Значит, либо он прибыл на поезде, либо у него была машина. Действуйте, джентльмены, действуйте! Бернард, вас лучше здесь знают, вам больше доверяют. Постарайтесь аккуратно расспросить мающихся бессонницей старых дев, любителей совать нос в чужие дела, ну, в общем, вы сами понимаете.
Сайкс, на тебе железнодорожная станция и гостиницы. Конечно, мало вероятности, что убийца там останавливался, а вдруг? Следует проверить все возможности.
Джонни Сайкс кивнул и скрылся за дверью. Что же до сержанта, то он задержался.
– Сэр, если вы не возражаете… Я хотел бы подробнее узнать, что это за дело с тремя солдатами.
Инспектор вкратце обрисовал ему суть происходящего и, морщась, потер переносицу.
Ночью Хантер так и не успел толком выспаться.
– Вы давно знаете миссис Тэйлор? – неожиданно спросил он у Бренарда.
– Гм… Прилично.
– А женская интуиция все-таки существует, – усмехнулся инспектор. – Она не хотела, чтобы ее сын общался со Смитами. Кто ее муж, кстати?
– Он погиб на войне.
– Что ж, это упрощает дело, – заметил Стивен. – Будь я на вашем месте, я бы не стал колебаться, мистер Бернард.
Мэтью вспыхнул.
– Мистер Хантер… Меня зовут не Бернард, а Бренард.
И я был бы вам очень признателен, если бы вы не коверкали мое имя.
– А я был бы вам очень обязан, если бы вы нашли что-нибудь такое, что помогло бы мне отыскать убийцу, – колюче парировал инспектор. – Этот тип на редкость методичен, он убивает раз в два дня, по нечетным числам, а сегодня, между прочим, уже пятнадцатое. И если он опять кого-нибудь прикончит, вина за это будет лежать в том числе и на мне.
– Простите, сэр, – с достоинством промолвил Мэтью, поправляя очки, – но, по-моему, он делает работу правосудия.
Вы же сами сказали, что у Мари Пеллетье не было никаких шансов добиться осуждения людей, которые убили ее семью, а что до Инмэнов, то всем отлично известно, что их вообще оправдали, хотя улики казались неопровержимыми.
И он воззрился на Хантера, не без трепета ожидая, какой ответ тот ему даст.
– Сколько вам лет, сержант? – мрачно спросил инспектор.
– Двадцать шесть.
