– А то ведь и меня спросят: а почему так долго не докладывал?
– Ну, валяй, докладывай… Прояви свой советский патриотизм…
– Что, тебе так хочется в тюрьму? – усмехнулся Иван.
– А то как же! – с горькой иронией произнес Федор. – А под расстрел – еще больше! Да что же у меня за жизнь? То тюрьма, то война, то опять тюрьма – на этот раз с расстрельной статьей! Рвануть, что ли, в белый свет как в копеечку, пока ты не успел еще проявить свой патриотизм!
– Так ведь поймают, – пожал плечами Гепп.
– А может, и не поймают…
– Других ловят, и тебя поймают, – сказал Иван.
– Бежать надо умеючи.
– Да неужто? – Федор со злобной иронией уставился на Геппа. – Бежать надо умеючи! Что ты в этом понимаешь? Кто ты вообще такой?
– Я – ссыльный немец, – сказал Иван.
– Хм… Ссыльный, да еще и немец. Надо же. А все равно, что ты смыслишь в побегах?
– Что мы стали посреди дороги, как два столба? – сказал Гепп. – Вот люди уже обращают на нас внимание. Пойдем… А по дороге кое-что обсудим…
Какое-то время они шли молча, а затем Иван сказал:
– Да, тебе надо бежать.
Но с умом.
– Это как так? – глянул Федор на Геппа.
– С деньгами и с документами на другое имя. Тогда никто тебя не найдет. Доберешься до большого города, затеряешься… А там жизнь покажет, как дальше быть.
– И где же мне взять деньги, а тем более другие документы? Кто мне их даст?
– Я, – сказал Гепп.
– Ты? – Федор даже остановился от таких слов и уставился на собеседника. – Да где же ты их возьмешь? Ладно – деньги, но – документы?
– Это мои проблемы, – сказал Гепп.
– Мутный ты какой-то, дядя! – с сомнением сказал Горюнов. – Сомнительный… Вчера битых полдня вертелся у склада и выставлял напоказ свою фотокарточку, сегодня говоришь мне о недостаче, предлагаешь бежать, да еще и сулишь мне помощь… Что-то тут не стыкуется…
– Вчера у меня были дела у склада, – коротко ответил Гепп.
– Это какие же? – усмехнулся Федор. – Бабу, что ли, ждал?
– Не твое дело, – поморщился Иван. – А нехватка взрывчатки обнаружилась ночью.
Так что все стыкуется.
– Допустим… А тогда – какой твой интерес? Только не говори мне, что ты желаешь помочь мне без интереса. Не поверю.
– Вот, мы опять встали… Пойдем, пойдем… Ты говоришь, какой мой интерес? Что ж… Есть у меня интерес. У меня с этой властью свои счеты.
– И что же? – Федор уставился на Геппа непонимающим взглядом. – Допустим, и у меня имеются к ней претензии. Так что же из того? Это – теория, а вот интерес – это уже практика.
