Беря пулеметы, засовывая за ремни гранаты на длинных ручках, группы по нескольку человек убегали на помощь своим постам, на случай если немцы задумали атаковать лагерь националистов. Остальные, оставшиеся на поляне возле землянок, начали поспешно собирать имущество отряда и готовиться к отступлению. Попытаться отбиться можно, но если немцы пронюхали о месте нахождения базы, значит, они попытаются ее уничтожить. Не получится сейчас, будут продолжать снова и снова, пока не добьются своего.
– Леонтий, – Коган остановил проходившего мимо Вихора.
– Твой сын толковый командир, я не сомневаюсь в этом. Но немцы могут быть со всех сторон. Надо организовать наблюдение с юго-запада. Эти силы, что подошли с севера и северо-запада, могут быть только отвлекающими. Возможно, они часть кольца, которое замкнут вокруг отряда. А основная сила, егеря, может атаковать скрытно с юго-запада. Они могут пробраться через лес.
– Бурун! – Вихор окликнул крупного парня, катившего бочку с горючим. – Пойдешь с ним! Если увидите немцев, открывайте огонь.
Я сразу, как только услышу стрельбу, пришлю вам помощь.
Коган сунул за пазуху несколько запасных магазинов к автомату и, кивнув напарнику, побежал. Метров через сто они перешли на шаг и стали двигаться осторожно. Если немцы решили окружить отряд и напасть с той стороны тоже, то они уже близко. Заметив впереди небольшое возвышение, Коган повел туда своего напарника.
– Если фашисты здесь, на возвышении легче обороняться, да и мы их раньше увидим, чем здесь.
Займи позицию метрах в двадцати от меня и не шевелись. Только наблюдай. Не выдай себя раньше времени!
Прошло не менее часа, но немцы не показывались. Не слышно было стрельбы и с других направлений. Может, случайность, может, просто немецкая колонна остановилась возле леса на отдых или по другой причине. Борис лежал и слушал, вглядывался в пространство между деревьями. Чувство досады одолевало его. «Глупо оказаться с националистами в ловушке и с ними вместе погибнуть. Задание не будет выполнено, дело свое не сделаем.
Хотя кроме меня еще трое. Уж кто-то из нас добьется успеха, получит полезную для наших частей информацию. Ладно, чего сокрушаться и горевать. Как получилось, так и получилось. Главное теперь, подороже продать свою жизнь. А уж потом наши органы разберутся, что к чему».
Но бой так и не начинался. Прошло еще не менее часа, как к Когану подполз боец из отряда и велел бежать что есть силы к Леонтию. Немцы от леса ушли.
