— Останься у ворот, — велел ему Сыч и вместе с корешами двинулся к длинному строению.
Продовольственная база Северного вокзала состояла из трех пакгаузов, растянувшихся вдоль железнодорожного пути. На нем время от времени вставал товарный эшелон, из вагонов которого продовольствие перегружалось на стеллажи пакгаузов. С другой стороны длинных зданий был оборудован подъезд для грузовых автомобилей.
Главарь банды поднялся по ступенькам на приподнятый парапет, тянувшийся вдоль всего здания, подошел к Антипу и Синему, копавшимся у ближайших ворот.
— Чего возитесь, малахольные?! — рыкнул он.
— Да вот мандолина хрустнула, — ответил Синий и показал ему сломанную отмычку."
"В это время Антип поднатужился и сорвал висячий замок обыкновенной фомкой. Тот отлетел, позвякивая в воздухе разомкнутой дужкой, и глухо тюкнулся об асфальт.
— Прошу! — Антип картинно раскрыл ворота перед корешами.
— Проведай! — приказал ему Сыч.
Крепыш нырнул в темное нутро пакгауза, включил электрический фонарик и пробежался между высоких стеллажей.
— Товарка, — доложил он, вернувшись через минуту.
Да, как ни странно, один из пакгаузов продовольственной базы использовался для хранения не продовольствия, а тканей, одежды, обуви, мыла и других подобных товаров.
— Пойдет. Вскрывай следующий. Синий, маякни через Полушку Рогуле, чтоб подгонял шарабан.
Сыч прослыл умным и невероятно осторожным человеком. Благодаря этим качествам его банда несла минимальные потери во время вооруженных налетов и регулярно ускользала от преследования правоохранительных органов.
Попробуй поймать тех, кто появится неизвестно когда и где.
Уголовники никогда не задерживались на одном месте дольше двух-трех дней. Готовились к очередному ограблению, предположим, в Мытищах. Выезжали затемно, проворачивали дельце, а возвращались с награбленным на дачу в Заречье. Захваченные ценности и деньги делили поровну, не забывая, однако, пополнять и воровскую кассу. Так сказать, на черный день.
Порой эти сбережения и в самом деле выручали их. Так приключилось, к примеру, в сорок четвертом, когда на криминальный московский мир дружно навалились опера. Банде пришлось залечь на дно и дышать через раз. Вот тогда-то мошна и пригодилась. Иначе бандиты не стерпели бы, пошли бы пополнять запасы и наверняка засветились.
Сам Сыч был из тамбовских крестьян, 1900 года рождения. Высокий, чуть сутуловатый, физически развитый.
