— Один помер, а второй до сих пор в хирургии под себя ходит.
Оба малолетних шалопая были слегка ошарашены внезапным появлением взрослого парня, видели в нем конкурента, мешающего им подклеить барышню. Тот, который получил подзатыльник, и вовсе готов был броситься в драку. Однако, услышав фразу, брошенную этим парнем, шалопаи несколько сникли. Кто знает, может, он заливает, а вдруг и правду говорит?
— Ну и что приуныли, малолетки? Отойдем до ближайшей подворотни, а? — проговорил Ким с самоуверенной улыбкой.
— Охота была связываться, — буркнул один из пацанов, сунул руки в карманы и зашаркал стоптанными башмаками по асфальту.
Второй засеменил следом за ним.
Кенже стала лучиком света во тьме мрачного настроения лейтенанта Кима. Поначалу он не понимал, чему радуется больше — маленькой победе над собой (сумел-таки подойти к такой красавице!) или же самому знакомству. Девушка ему очень понравилась. Хороша собой, обаятельная, улыбчивая, скромная. По-русски она говорила хорошо, хотя и с едва уловимым акцентом.
Кенже недавно окончила с золотой медалью женскую школу в Акмолинске и готовилась к поступлению в медицинский институт.
Костя проболтал с ней в парке целый час, но ему надо было бежать к ресторану, и он регулярно посматривал на часы. Волнение, неуверенность сковывали его и мешали общению. Он сильно переживал из-за пропажи Василькова и в то же время боялся, что Кенже откажет ему в следующей встрече. Этот отказ поставит под удар операцию по внедрению Василькова в «Гранд».
Перед тем как проститься с девушкой, молодой человек все-таки предложил ей встретиться вечером, погулять и продолжить знакомство. Смущаясь и краснея, она согласилась.
Когда московские улочки окончательно потонули в вечерних сумерках, надежды увидеть старшего коллегу у Кима почти не осталось. Когда Васильков бегал с подносом по коридорам «Гранда», он изредка выходил на крыльцо служебного входа и дымил папироской.
«А раз не выходит, значит, в ресторане его попросту нет», — решил Ким, намереваясь закончить с наблюдением, покинуть свой пост и направиться на поиски телефона-автомата.
Он пребывал в растерянности, не знал, что делать дальше. Поэтому звонок в управление и совет Ивана Харитоновича были ему нужны как никогда. Да и времени до назначенного свидания с Кенже оставалось немного."
"Костя взял конспект, валявшийся рядом, поднялся с лавочки, распрямил затекшую поясницу и в последний раз глянул на крыльцо ресторана.
