Честно говоря, мне хотелось схватить Одетту за шкирку и хорошенько встряхнуть – уж больно неприветливо она обращалась со мной в нашу последнюю встречу. Но ведь я сейчас человек – и гораздо крупнее, чем она. Конечно, хороший нагоняй ей бы не помешал.
Но теперь я просто наслаждался тем, что она была так близко от меня. И в то же время мне было особенно жаль, что я уже не кот, отчаянно жаль, хоть мяукай. Вот если бы я сейчас был котом и сидел вот так рядом с Одеттой… Я почувствовал, что мое сердце бешено забилось, а в животе разлилось странное ощущение.
Хм… сердцебиение и тяжесть в желудке – не болен ли я?
Я быстро прикинул, не рассказать ли Одетте, что на самом деле я Уинстон. Возможно, она понимала человеческий язык. Во всяком случае, я, когда был котом, понимал. Но если она и поймет человеческую речь, еще не факт, что поверит и не сочтет меня полным идиотом. Тогда вся история покажется абсолютно безумной.
– Ах, вот ты где! Наконец-то я тебя нашла. Я не могу спокойно выйти одна из квартиры.
Ужасная глупость!
Кира прыгнула на крышку мусорного контейнера. Жалко, она нарушила наше уединение! Одетта вскочила и зашипела на Киру; впрочем, потом она снова улеглась. Тут мне пришла в голову одна мысль.
– Ты слышала, что она сказала? – мысленно спросил я у Киры.
– Да, кое-что. Но это кое-что не очень лестное для тебя, – ответила она.
– Я так и думал. Но мне все-таки интересно узнать, – храбро ответил я.
Я услышал Кирино хихиканье:
– Ну что ж, ты сам так решил! Она сказала: «Привет, слабак, неужели ты снова решился спуститься сюда?» Похоже, вы не лучшие друзья, правда? Что ж, милые бранятся – только тешатся.
– Что ты имеешь в виду? – спросил я."
"– Ах, я всего лишь вспомнила поговорку. Если двое действительно любят друг друга, бывает, что они ссорятся, но потом у них все равно все налаживается. Во всяком случае, так бывает у людей. А вот как у кошек, не знаю.
Я почувствовал, что мне стало жарко, и украдкой взглянул на Одетту, лежащую у меня на коленях.
– В общем, я не думаю, что нравлюсь Одетте. Она считает меня избалованным и высокомерным котом. И самонадеянным. Но она ошибается.
Кира склонила голову набок и посмотрела на меня:
– А разве это не так?
Я энергично помотал головой:
– Нет! Абсолютно неверно! Я образованный и уверенный в себе. Но вовсе не высокомерный. – Кира ничего не ответила. Она многозначительно молчала. Меня это рассердило. – Вообще во всем виновата Ольга, – упрямо добавил я.
