– Тюрьмы бунтуют, а начальство боится, что ты прикажешь разобрать стены по кирпичикам."
"Нестеренко говорил, что в Москве воры готовят ему встречу, но Варяг не думал, что это будет так серьезно. Теперь он понимал, о чем шла речь. В коридоре у кабинета начальника базы нес службу караул из шести человек в камуфляжной форме. Парни с любопытством посматривали на законного вора, и им трудно было поверить, что переполох в московских тюрьмах поднялся именно из-за этого молодого мужчины. Его внешний вид никак не вязался с теми инструкциями, которые они получили несколько часов назад от начальника управления ФСБ.
Со слов начальника выходило, что смотрящий является одним из самых уважаемых и авторитетных воров в законе России и наверняка может отыскаться какая-нибудь группа отчаянных ребят, что захочет вырвать его из-под бдительного милицейского ока. А потому они должны будут стрелять на поражение при малейшем намеке на прорыв.
Из обрывков беседы генералов им было известно, что за отпускную Варяга воры предлагали десять миллионов долларов и дело как будто бы шло к соглашению, однако вмешалась какая-то очень могущественная сила, которая заставила отвергнуть предварительные договоренности.
Именно чье-то высокое распоряжение заставило генералов оторвать геморройные задницы с насиженных мягких кресел и, подобно ретивым лейтенантам, мчаться через весь город к закрытой базе. Единственное, что сумели выторговать законные у властей, так это освободить Варяга от наручников. Главным в группе генералов был невысокий человек крепкого сложения в штатском.
Он уверенно перебивал каждого, интенсивно жестикулировал и в сравнении с остальными выглядел Наполеоном среди фельдмаршалов.
– Мне дано четкое указание не оставлять Варяга в Москве! А если мы продержим его в столице хотя бы неделю, то заключенные вообще выйдут из повиновения, – вдохновенно говорил он.
Генералы молчаливо согласились. Нечто подобное произошло шесть лет назад, когда одновременно в тюрьмах Московской и смежных областей произошел бунт, – арестанты требовали встречи с представителями Европейского союза по правам человека и улучшений условий содержания.
Они устраивали бессрочные голодовки, в знак протеста резали себе в камерах вены, отказывались подчиняться администрации, ломали оборудование в зонах. А когда из Брюсселя в Москву прибыл моложавый седовласый мужчина, занимавшийся проблемами заключенных в европейских странах, и переговорил с заключенными, то бунт во всех зонах мгновенно прекратился.
