– Я не могу жить с мужчиной, который спит со мной и при этом называет меня шлюхой! Ищи себе девочку-паиньку, которая даже не знает, что у нее находится между ног! А я не такая! Слышишь, ты, не такая! Я люблю мужиков и привыкла к тому, чтобы они меня тоже любили!
В спальне раздавалось хлопанье дверей шкафа – Зина торопливо складывала свою одежду. Похоже, что она собиралась уходить всерьез. Когда Ангел вошел в комнату, то увидел ее среди вороха разбросанных платьев. В распахнутую сумку она кидала все, что попадалось под руки, – блузки, кофточки, чулки.
.. Сейчас Зинаида выглядела настоящей фурией. Ангел вошел в комнату, поднял сумку и молча вытряхнул из ее нутра собранную одежду.
– Что ты делаешь?! – завопила женщина.
– Никуда ты не пойдешь, – спокойно отреагировал Ангел. – Ты нужна мне, девочка, так, как никто и никогда не был нужен. Не для того я искал тебя всю жизнь, чтобы вот так бездарно расстаться. Слезы? Я был не прав. Забудь!"
"Сильная рука Ангела уверенно обвила девичью талию и осторожно, будто бы опасаясь отказа, ласково притянула к себе.
Зинаида не возражала, тела их нежно соприкоснулись, и электрический разряд, пробивая грубые одежды, разжег в них желание.
– Погоди... – отстранила девушка нетерпеливые мужские руки.
Но Ангел, не обращая внимания на ее сдержанное сопротивление, полез под халат.
– Хорошо, хорошо... – просипел Ангел, улыбаясь.
Под его пальцами затрепетало сильное девичье тело, истосковавшееся по мужской ласке. А когда в сторону был отброшен последний предмет, разделяющий любовников – полупрозрачные трусики, – он бережно положил женщину поверх груды разбросанного белья и посоветовал:
– А теперь расслабься.
..
Через час Ангел поднялся и начал одеваться.
– Ты даже не полежишь со мной? – несмело возмутилась Зинаида.
Ангел мягко улыбнулся:
– Я ведь пришел с тобой попрощаться. Сегодня уезжаю в Москву.
– А когда приедешь? – с тоской в голосе спросила Зина.
– Если все будет хорошо, то дня через два. Скоро должен заехать Касьян.
* * *Для Зинаиды он со вчерашнего вечера находился в Москве.
Спектакль был разыгран строго по системе Станиславского. Ангел выразил печаль по поводу расставания с любимой женщиной, и, чтобы рассеять последние сомнения в ее умной головушке, принялся укладывать свои вещички в любимый кейс. Она предприняла слабенькую попытку напроситься к нему в попутчики, но вор объяснил ей, что в Москве его ожидает очень серьезный разговор и у него не будет ни одной свободной минуты.
