Незаметно для себя Резван не только принял лагерные воровские порядки, но сумел вжиться в них и за пятнадцать лет заключения прошел все ступени лестницы уголовной карьеры от бойца до пахана.
В Тюменском крае Резван контролировал такую важную сферу, как нефть. Там же в его владении находился горный рудник. За подобное сырье весьма неплохо платили на Западе, и дело шло к тому, что Резван собирался расширять предприятие. Хотя каких-то четыре года назад пришлось проявить немалые усилия и потратить большие деньги на то, чтобы центральная комиссия по запасам признала месторождение выработанным, а в следующие шесть месяцев территория была объявлена частным сектором, и на рудник вновь вернулись рабочие.
В доме Ефимовича было замечательно. В углу у входа, в камине, выложенном пейзажной яшмой, полыхал огонь, отбрасывая зарево на лица собравшихся. В огне не имелось особой необходимости – на улице было тепло. Тем не менее присутствие горящего очага придавало комнате какой-то неповторимый уют. Иной раз крошечные искорки выбивались из темного дупла камина и залетали в комнату.
Присутствующие их не опасались, огонь был укрощен, и самое большее, на что он был способен, так это сгореть в воздухе без следа, словно падающая звезда. Ничто так не привлекает взгляда, как мягкое теплое пламя. Присутствующие время от времени смотрели на огонь, как будто бы просили совета у маленького огненного божка, затаившегося среди поленьев.
Вчетвером они собирались очень редко. Чаще всего обходились тем, что передавали друг другу малявы с курьером или просто перезванивались по случаю.
У каждого хватало работы по двадцать часов в сутки, и несколько минут простоя приносили убытки во многие миллионы долларов. А если к этому добавить необходимость контролировать территории, площади которых равнялись таким странам, как Германия и Франция, вместе взятые, и здесь очень часто возникали случаи, которые требовали их личного вмешательства, то данную цифру предстояло умножить по крайней мере в несколько раз.
Но сейчас обстоятельства собрали этих людей в небольшую комнату, и они, смоля сигаретами, никуда не торопились. Создавалось впечатление, что к миру больших денег они не имеют никакого отношения и пришли в дом Ефимовича такие разные, чтобы в обстоятельных мужских разговорах отвести душу. Этакий закрытый клуб для преуспевающих людей.
– Скоро аукцион, а у нас до сих пор нет твердой уверенности в том, получим мы тендер или нет, – произнес Резван, перебирая четки.
