Собственно, им и дела до него было мало, – уходил он рано, возвращался далеко за полночь. Даже если бы у них спросили о жильце, они, скорее всего, пожали бы плечами: всегда приветлив, но суховат, добрым не назовешь, но зла тоже никому не делает, правда, смотрит жестковато, но это такая особенность, – каких только людей нынче не встретишь! Они были бы очень удивлены, если бы узнали хотя бы толику правды о нем и о тех возможностях, которыми обладал этот с виду такой обыкновенный человек.
Ангел отказался от шикарной квартиры, которую ему предлагал сход, благоразумно считая, что высокую траву чаще стригут. Но желание жить незаметно скорее было продиктовано старыми привычками и врожденным презрением ко всему шикарному. Вор не должен жить в хоромах хотя бы потому, что он не принадлежит себе, а все, что ему нужно, так это крыша над головой и кусок хлеба. А потом, для человека, большую часть жизни прокантовавшегося в тесных казематах, шикарные апартаменты непривычны и даже грешны!
Три дня назад его посетил Сивый.
Постоял на балконе, глядя на Бутырскую тюрьму, выкурил сигарету. Ничего не сказал, но по глазам было видно, что понял все. Человек-то он умный, хоть и не бродяга! А потом молча протянул маляву от Варяга, запаянную в обыкновенный полиэтиленовый пакетик. Варяг коротко рассказал о стычках с суками, просил, чтобы «погоняли подливу», объяснял, как протоптать тропинку для грева, а то питерская братва уже который месяц «сидит на подсосе».
Еще Варяг просил выезжать в Питер немедленно и разобраться во всех этих питерских непонятках. И по возможности держать его в курсе происходящего. Вылетать Ангел решил на следующий день – в Москве оставались кое-какие нерешенные дела, и их следовало уладить как можно скорее. Например, нужно было решить спор между подольской и измайловской бригадами. Парни не поделили какой-то магазинчик на окраине города, следовало разобраться.
Не хватало, чтобы еще перестреляли друг друга из-за какого-то захудалого ларька!"
"Ангел освободился только поздно вечером. И был доволен результатами прошедшего дня. Недоразумение уладилось, бригады удалось замирить. Авторитеты, не возражавшие против мирного решения, отправились закреплять договоренности в какой-то солидный кабак. Настойчиво звали и Ангела, но он, проявив твердость, отказался, объяснив, что срочно уезжает в Питер.
