– Ты еще не помолвлена, и па не позволит тебе выйти замуж до шестнадцати лет, – тихо сказала Анабелла младшей сестре. – Следующим летом ты навестишь меня, Агги.
Она нежно обняла девушку.
– Уверена, что граф позволит и пришлет за тобой хороший эскорт.
Агнес шмыгнула носом, но глядя сквозь мокрые ресницы на Мирру и Сорчу, которые всегда хвастались, что выйдут замуж раньше ее, пробормотала:"
"– Вы обе к следующему лету скорее всего выйдете замуж, так что не поедете к нашей сестре в ее прекрасный новый дом.
А я поеду!
В ее голосе звучали торжествующие нотки.
– Может, Анабелла даже найдет мне богатого мужа.
Мирра и Сорча определенно расстроились, но Мирра тут же злобно прошипела:
– Будь я нашей уродкой-сестрой, вряд ли пригласила бы в гости мою прекрасную младшую сестричку. Что, если граф влюбится и волшебством заставит исчезнуть жену, чтобы получить тебя?
– О, Анабелла, я бы не украла твоего мужа! Клянусь! – выпалила Агнес.
– Уверена, что так и есть, Агги, – утешила старшая сестра.
– И если мой муж окажется таким ветреным, мне он не нужен. Что же до вас обеих… рано или поздно вы приедете ко мне. И всегда будете желанными гостьями, сестры.
В комнату вошел их брат Роб.
– Ты должна немедленно спуститься вниз, Анабелла. Приветствовать родичей будущего мужа.
Он был красивым двадцатидвухлетним парнем с голубыми глазами матери и отцовскими темными волосами.
– А вы трое оставайтесь здесь, пока вас не пригласят в зал. Ни к чему Фергюссонам восхищаться вашей красотой, пока не привыкнут к Анабелле.
– Я хорошо выгляжу, Роб? – спросила Анабелла с беспокойством. На ней было платье, в котором она выйдет замуж. Оно было прелестным, но не того цвета, который шел бледной девушке. Лиф был из светло-серого бархата, расшитого серебряной нитью и черными гагатовыми бусинами. Тяжелая шелковая юбка была серо-голубой. Хотя оно было немного старомодным, на девушке с золотистыми волосами выглядело бы ослепительно. Но к черным волосам Анабеллы не слишком подходило.
Сейчас они были распущены, чтобы показать невинность невесты.
– Ты прекрасно выглядишь, – небрежно ответил он.
Брат и сестра спустились по узкой лестнице, ведущей в зал.
Лэрд немедленно махнул им рукой, приглашая подойти.
Леди Энн взяла руку старшей дочери и слегка ободряюще сжала, когда Фергюссоны вошли в зал.
– Добро пожаловать в Рэт, – улыбнулся лэрд.
– Спасибо, милорд. Мы незнакомы, но я Мэтью Фергюссон, единокровный брат лэрда и управитель Дуна.
