Фергюссоны из Дуна имеют репутацию людей, избегающих политики и всяческих заговоров. Оглядитесь. У меня хороший дом и жена. Двое маленьких детей. Мне нечего желать. Почему, во имя Господа, я должен подвергать опасности все, что у меня есть, ради провального дела?
– Так вы считаете дело королевы провальным?
– Именно. Как многим вашим знакомым, мне не нравилось обращение с королевой после ее поражения при Карберри. Она – помазанница Божья. Но когда несколько месяцев назад она вновь потерпела поражение при Лэнгсайде и сбежала в Англию, я, подобно многим былым союзникам, больше не мог оправдывать ее действия.
Я не принадлежу ни к партии короля, ни к партии королевы. Я стою за Шотландию, а маленький Яков Шестой – и есть Шотландия.
На графа Морея речь Ангуса произвела большое впечатление. Но все же он сказал:
– А как насчет бумаг и золота, изобличающих вас?
– Письмо было подделкой. И оно, и золото были положены на дно седельной сумки, где я вряд ли мог бы их найти. Но тот, кто искал намеренно, наверняка нашел бы.
Как рассказал вам Донал Стюарт, я вернулся во Францию, чтобы разрешить загадку. Местный магистрат признался, что за хорошую плату подделал акт о продаже. Нового владельца поместья уговаривали подписать его, но он понял, что тут что-то неладно, и отказался. И его подпись, и моя тоже были подделаны. Магистрат под нашим давлением сознался в этом. Среди бумаг, которые вам привез Донал, есть его признание.
Что же до мешочка с золотом… мне не нужно золото. У меня его более чем достаточно: факт, который я готов доказать вам одному.
Я могу полагаться только на ваш здравый смысл, милорд Морей. Надеюсь, вы все поймете и забудете об этом деле, – заключил Ангус.
– Мне сообщили, что ваша жена поехала с вами во Францию, переодетая мужчиной, – сказал Морей. – Это так, мадам?
– Так, – кивнула она. – Я чувствовала, что Ангусу грозит опасность. Попросила разрешения сопровождать его, но он отказал. Поэтому я переоделась и последовала за ним. И только когда опасность действительно появилась, была вынуждена открыться.
Легкая улыбка коснулась тонких губ Морея.
– Насколько я понял, мадам, вы очень решительная женщина.
– Да, милорд, так и есть, – покорно ответила Анабелла.
Он пронзил ее взглядом. Но глаза Анабеллы были скромно опущены.
– Графиня спасла мне жизнь, милорд, – пояснил Ангус и рассказал, как все произошло."
"– К счастью, ваша жена некрасива, и это помогло ей сойти за молодого человека, – отметил Морей. – Однако ваша грудь довольно велика.
