Он сказал это с таким пренебрежением, что Шоннерт снова начал закипать, а Винсент спокойно напомнил Святому:
– Вы разговариваете с девушкой.
– Вы то ее на прогулки приглашаете, то оскорбляете, – вспыхнул Шон. – Определитесь уже!
Стэндиш пронзил его ледяным взглядом, а затем посмотрел на меня.
– Скоро узнаем, чего по-настоящему достойна эта леди.
С этими словами мужчина развернулся и ушел. Но его прощальный взгляд мне совсем не понравился. Мы поспешили на следующий урок.
Остаток дня прошел в суете. Весть о том, что нас отправили в ссылку за драку с Ильремом, быстро облетела Академию.
За обедом юный Фиррем подошел и пожелал нам удачной охоты в глуши. Однокурсники поддевали еще обиднее. Шон сдерживался изо всех сил, Ястер мрачно смотрел на всех исподлобья и молчал. И только Винсента, казалось, насмешки обтекали, как вода неприступную скалу. Впрочем, задеть лично его никто и не решился.
Вечер я провела в комнате Шона. Мы распределили поклажу и учебники. Ястер стонал:
– Две недели учиться самим. Заданий выше крыши! Да они издеваются.
– Во всем виноват проклятый Ильрем, – поддержал его Шон.
Я сочувственно кивала.
После того как приготовления были закончены, Винсент галантно донес мою сумку до комнаты, вошел туда вслед за мной и плотно прикрыл дверь. Повернулся ко мне и очень тихо сказал:
– Надеюсь, ты понимаешь, что нужно быть осторожной? Не пользуйся темным даром. Помни все, что я рассказывал тебе о поведении Шияссы. Не увлекайся своим «выздоровлением». Я, конечно, пою на ухо Шону про благотворное влияние книг о Рибене на твой разум.
.. Но не забывай хоть иногда изображать сумасшествие.
Я заглянула ему в глаза и серьезно кивнула. После этого юноша отправился к себе.
Этой ночью я спала плохо. Ни с того ни с сего мне снилась последняя война. Рибено-Линьинская кампания, как ее называли здесь, в Нуамьенне. Воспоминания сливались с мутными видениями. Я металась в постели, просыпалась в холодном поту, снова засыпала... Пока что-то холодное не коснулось моей руки.
Я подскочила на кровати и щелкнула пальцами, зажигая магический светлячок.
Пятна крови снова покрывали мои волосы и простыни. Во сне я в очередной раз сорвала повязку. Тьен стоял рядом с моей постелью и зализывал порезы. Из широкой раны на его спине струилась темная демоническая кровь. Она стекала по гладкому черному боку пса на пол. В тишине звук падающих капель звучал громко и отчетливо.
«Прости. Я сейчас буду лечить и себя. Что тебе снилось?»
– Неважно, – процедила я.
