Замерла, рассматривая массивный дубовый стол с вычурными ножками, обитое алым бархатом кресло, тяжелые портьеры на окнах. Пара шкафов у стены светились линиями магической защиты. Потолок бы расписан какими-то сценами, кажется, из Писания. Мелькали похожие картинки в той книге, что дал мне Винсент.
Старик терялся среди всего этого великолепия. Мне стоило определенного труда сосредоточиться на его лице. Я поспешно поздоровалась и отвесила ему подобающий поклон. И только тут заметила, что в кабинете мы не одни. У окна, почти сливаясь со шторами, стоял незнакомец.
Он был высок и строен. Светло-коричневый дорожный костюм подчеркивал его статную фигуру. Стоило ему только повернуться, я сразу поняла: передо мной воин, каких поискать. Меч он держать начал, самое малое, тогда, когда начал ходить.
Я рассматривала гладко выбритое лицо с тяжелой квадратной челюстью, равнодушные карие глаза и думала ,что этот тип мне кого-то напоминает. Но вот кого? Зайтен прокашлялся и представил нас.
– Леди Шиясса Гемхен. Барон Ритто Годжен.
Я еще раз поклонилась, продолжая недоумевать, зачем меня вызвали. Зайтен вытер губы шелковым платком и указал мне на один из обитых таким же алым бархатом позолоченных стульев:
– Присаживайтесь, леди.
Я послушно села, продолжая наблюдать за новым знакомым. Барон Годжен сел на такой же стул с другой стороны и заговорил:
– Рад знакомству, леди Гемхен. У меня к вашей семье есть одно небольшое дело.
– Я вас внимательно слушаю, барон, – проворковала я, степенно складывая руки на коленях и выпрямляя спину.
– Я имел честь знать вашу прекрасную мать, – начал Годжен. – Мы с ней даже были дружны в юности, в бытность ее студенткой Орджея....
Какие интересные подробности. Мне даже не пришлось изображать заинтересованность. А барон продолжал:
– Да, да, было дело, я даже ухаживал за ней, немного... Если бы она не встретила того бессовестного остроухого, вся ее жизнь могла бы сложиться иначе. Но что случилось, то случилось. Вместе с вами я каждый день скорблю о ее смерти.
Я опустила голову и стала рассматривать свои руки.
Тут было бы уместно пустить слезу в ответ, но, как назло, заплакать снова не получилось. Я тихо спросила:
– Вы пришли напомнить мне о моей утрате, барон?
– Разумеется, нет, моя юная леди. Дело в том, что леди Гемхен, ваша мать перед смертью передала вам одно... Украшение. Оно мне очень дорого, и я хотел бы выкупить его в память о любви моей юности.
Я изумленно хлопнула ресницами и переспросила:
– Украшение?
– Да, леди.
