Наконец, прогнивший деревянный указатель сообщил, что мы рядом с нужным селением. Стоило нам въехать в светлый лес, как меня посетило смутное беспокойство. Я никак не могла понять, что меня смущает. Нас окружала золотистая листва и алые гроздья рябины. Когда я в очередной раз беспокойно поерзала в седле, Тьен предостерег меня:
«Не выдавай своей тревоги. Делай вид, что все хорошо».
Я вскинула голову и начала смотреть только вперед.
«Отлично, продолжай в том же духе».
Я оглядела своих спутников и поняла, что никто из них не испытывает ничего подобного.
Ястер насвистывал незайтеливую песенку, Винсент спокойно смотрел прямо перед собой. Шоннерт вертел головой, но было видно, что его интересует незнакомая местность а не то, кто в ней затаился."
"«Вот именно, затаился, – ответил Тьен. – Когда будешь слушать очевидцев, постарайся найти способ предостеречь Стэндиша. Меня он не послушает».
Я медленно кивнула. Наконец, лес остался позади. Тревога исчезла так же внезапно, как и появилась. Посреди убранных полей стояла деревня, обнесенная частоколом.
И чем ближе мы к ней подъезжали, тем больше меня смущал ее внешний вид.
Наконец, я поняла, что мне не нравится. При ближайшем рассмотрении оказалось ,что бревна рассечены множеством коротких и тонких полос. Местами дерево превратилось в щепки. Ворота были плотно закрыты, несмотря на день. На стук из-за стены выглянул мальчишка лет четырнадцати. Завидев нас, он торопливо замахал руками кому-то с той стороны. Через пару мгновений ворота отворились, и мы въехали в селение.
Вдоль улицы толпились люди. На изможденных лицах читались робкие проблески надежды.
Стэндиш вытащил из-за пазухи бумаги с печатью герцога и сообщил:
– Герцог Бейтан приказал нам удовлетворить ваше прошение. Что у вас тут происходит?
Дородный мужчина с седеющими висками и крупной родинкой на носу пожевал губами и нехотя сказал:
– Идите за мной. Видит Создатель, не о том мы просили герцога. Лучше бы он прислал солдат.
Отряд спешился и последовал за мужчиной в длинный дом. За их спинами торопливо закрывали ворота.
Люди продолжали стоять на улице и перешептываться, и в их глазах было очень много страха.
Дом старосты мне не понравился. Снаружи он выглядел большим и богатым. Жилище окружал крепкий забор, а за воротами стоял хмурый бородатый детина. В своих волосатых лапищах он сжимал вилы. Наша компания удостоилась внимательного взгляда.
– Запрись, Лойко, – приказал ему наш провожатый. – Да никого не впускай, покуда мы с господами не побеседуем.
