Стрельба на улице явно всполошила нападавших, так что из здания их придётся выковыривать по одному. Главное теперь самому не нарваться на пулю. Медленно поднявшись на второй этаж, Слава лёг на пол и осторожно выглянул в коридор. Заметив за одной из приоткрытых дверей срез дульного компенсатора, парень улёгся поудобнее, старательно наводя автомат на ту точку, где, по его прикидкам, должен стоять бандит.
Плавно нажав на спуск, он выпустил очередь в два патрона и тут же выругался. Лёгкие пули калибра 5,45 не пробили дверное полотно из древесного массива.
Бандита крепко приложило створкой, но другого урона он не понес.
– Вот уж точно кретин, – в голос выругался Слава, сообразивший, что произошло и почему.
Подвела привычка пользоваться калибром 7,62, для которого такая дверь на подобном расстоянии препятствием бы не стала. Теперь ему придётся втянуться в перестрелку с бандитами. Ко всем прочим бедам он лишился и подствольника, для которого подобное положение было бы самое то. Лёгкие алюминиевые осколки его гранаты выводят из строя не хуже пуль.
Но чего нет, того нет. Придётся действовать народным методом. Быстро выглянув в коридор, Слава вынужден был тут же нырнуть обратно.
Бандиты ловко обстреляли его укрытие. Такая перестрелка может длиться часами. Их нужно было как-то выманить в коридор, но вот как, Слава придумать не мог. Использовать лимонку он не хотел. Бандиты засели в одном из кабинетов, так что, кроме морального давления, от такого расхода гранаты толку будет не много. Слава уже решил рывком перекатиться под противоположную стену, чтобы бандитам тоже пришлось сменить позицию, когда в коридоре послышался хриплый голос:
– Эй ты, вояка.
Бросай оружие и вылезай, если хочешь сучку свою живой увидеть.
– А кто сказал, что она моя? – крикнул в ответ Слава, лихорадочно ища выход из положения.
– Не гони. Мы когда её раскладывали, она тут визжала, что ты сейчас придёшь и всех нас на куски порежешь. Так что завязывай мне лапшу вешать и бросай ствол.
– Покажи её, – потребовал парень, пытаясь выиграть время.
– Зачем? – не понял бандит.
– Чтобы я видел, что она жива.
– Так крикнет, поймёшь, – не сдавался бандит.
– Нет. Я хочу видеть её всё то время, пока буду сдаваться.
– Зачем?
– Хочу быть уверен, что ты её не прирежешь после того, как она голос мне подаст.
– А что мне помешает её потом прирезать? – удивился нападавший.
– Жаба.
– Какая жаба? – не понял бандит.
– Твоя. Две бабы всяко лучше, чем одна. Хоть какое, но разнообразие.
