– Да там ничего интересного… – Друг заметно помрачнел.
– Расскажешь? – спросил я. – Если нет, так нет. Обещаю: смертельно не обижусь!
– Да я как-то не привык трепаться на эту тему, – смутился Ярослав. – Обычно прячу свои чувства. И так глубоко, что сам потом фиг отыщу…
Ярик замолчал. Странно. До этого мне казалось, что он любит похвастаться своими победами на любовном фронте. Несерьезными кратковременными интрижками с симпатичными девочками. Но, видимо, здесь разговор шел о чем-то более серьезном. Что ж, не буду лезть к нему с расспросами.
– Зато теперь я таких сумасшедших стараюсь стороной обходить… – проговорил Ярик. – А ты, наоборот, западаешь!
– А кто сказал, что я на Алену запал?
Ярослав усмехнулся, поднялся с травы и отряхнул джинсы. Спустился к воде. Я слышал, как он тяжело вздохнул. Мы провели в тишине пару минут.
– Димон? – позвал наконец Ярослав.
– А?
– Думаю вот все о тебе и об этой Грохольской… – Ярослав громко и фальшиво пропел: – Уже разносит молва по дворам, что между вами «Чивава»…
Я усмехнулся.
– Что, считаешь, я не прав?
Друг стоял ко мне спиной и продолжал смотреть на воду. Я поднялся на ноги и, неслышно ступая кедами по мягкой траве, подошел к своему мотоциклу.
– Что, считаешь, – крикнул я, уже застегивая шлем, – на обратном пути я снова тебя сделаю?
Ярослав резко обернулся.
– Ах, ты… – выругался он, взбегая по крутому склону.
Громкий треск мотоциклов вновь нарушил ночную прохладную тишину.
* * *– Если б не зачеты на носу, фиг бы я вообще сегодня вышел из дома! – проворчал Ярослав, с задумчивым видом размешивая кофе.
– Сколько у тебя еще пар? – спросил я.
– Две… Конституционное право зарубежных стран! – Друг поморщился. – И кофе какой-то гадкий! Ненавижу понедельники!
После этих слов стало непонятно, от чего его так передернуло: от «гадкого» напитка, понедельника или предстоящих пар.
– Ну а я уже могу свалить домой, – похвастался я, развалившись на стуле. Во время большой перемены мы сидели в небольшой кофейне, которая располагалась недалеко от корпуса юрфака.
– Сейчас только байк со стоянки заберу…
– Счастливчик! – покачал головой Ярик. – Я бы тоже свалил… Такая погодка разыгралась.
Друг сделал новый глоток «гадкого кофе». Барабаня пальцами по столу, долго осматривал меня, затем захохотал. Да так громко, что на нас оглянулись девчонки, сидевшие за соседним столиком. Я улыбнулся и отсалютовал им чашкой с чаем. Те тут же отвернулись и, хихикая, стали перешептываться.
