Наши черные тени скользили по обшарпанным молочным стенам.
Внезапно Ярик на ходу стал негромко проговаривать строчки из старой песни Дельфина:
– Это больше, чем мое сердце.Это страшнее прыжка с крыши.Это громче вопля бешеного…– Ты с ума сошел? – покосился я на него. – Точно сегодня не пил?
– Погоди, я настраиваюсь! – серьезно отозвался Ярик, продолжая бубнить под нос.
Мы миновали еще пару мрачных темных арок. В какой-то момент от нечего делать я присоединился к Ярославу:"
"– Ты можешь с ней расцвести и засохнуть,Она сожрет тебя, как цветок тля,Но все равно лучше уж так сдохнуть,Чем никого никогда не любя.
И чуть громче и бодрее, хором, ломаными голосами:
– Па-па-па-па… Па-па-па…
В какой-то момент Ярик даже подпрыгнул, пытаясь достать до верхушки одинокого мигающего фонаря.
А затем встал как вкопанный у одного из домов.
– Она живет на втором этаже. Окно ее спальни выходит во двор…
– Ты про кого? – не понял я и тут же попытался вспомнить имя его последней подружки.
Окно второго этажа было довольно-таки высоко.
Рядом находилась железная пожарная лестница. Ярик подпрыгнул и ухватился за нее руками.
– Какого… ты делаешь? – спросил я, глядя, как он пытается подтянуться и закинуть ногу.
– Выполняю свои обязательства! – пропыхтел Елизаров. – Хочу пригласить Ксюшу Цареву на свидание.
Ого!
– Тебе помочь?
– Нет-нет, руки все помнят! – Ярик наконец забрался на лестницу. – Я с девятого класса так к Ксюшке лазил!
– Я думал, ты был влюблен в ее старшую сестру, – озадаченно проговорил я.
– Это я тебе так сказал, для конспирации! – Елизаров нерешительно поглядывал на меня сверху.
– Но ведь теперь ты знаешь, каким я раньше был… На самом деле так и взбирался, цепляясь железными брекетами за лестницу.
Он нервно засмеялся. Было видно, что ему не по себе.
– Ты уверен, что тебе это надо? – все-таки спросил я.
Ярик перестал подниматься и проговорил:
– Понимаешь, я только об этом и думал… К тому же назад пути уже нет.
– Это еще почему?
Он не ответил и молча стал подниматься дальше.
Добравшись до окна, в котором не было света, Ярик вытянул руку и осторожно побарабанил двумя пальцами по стеклу. Я стоял, задрав голову. Спустя некоторое время окно открылось, и из него выглянула растерянная Ксюша Царева. Ее я видел лишь однажды, в баре… По тому, как Ярик на нее реагировал, несложно было догадаться, что между этими двумя раньше было что-то серьезное.
– Елизаров? – ахнула Ксюша. – Что ты тут делаешь?
Девушка глянула вниз и, конечно, увидела меня.
