При желании они с легкостью справились бы с этим нахальным поганцем, но отчего-то в его присутствии робели даже самые крепкие парни. От тощего юнца словно исходила некая темная энергия, которая заставляла всех держаться от него подальше.
Вслед за носильщиками парень вытолкнул в коридор и старика, а затем захлопнул дверь у того перед носом. Владелец гостиницы хотел что-то сказать, но передумал. Мальчишка пугал его, но куда страшнее был хозяин. Лучше такому дорогу не переходить – раздавит и глазом не моргнет. Хмуро глянув на носильщиков, он покачал головой и отправился на первый этаж своего заведения.
"
"Оставшись наедине с черным ящиком, парень сбросил свой плащ на кровать, оставшись в красных кожаных доспехах, затем извлек из кармана связку изящных ключей и начал один за другим отпирать стеклянные замки. Он уже почти отомкнул последний, когда дверь комнаты за его спиной распахнулась.
– Ну, что еще? – зло спросил он, оборачиваясь. И прикусил язык, увидев на пороге своего благодетеля.
Барон Клайд шагнул в комнату, и дверь сама закрылась за его спиной.
Он снял цилиндр и тяжелое черное пальто, затем отдал вещи своему тощему слуге.
– Ее доставили! – с придыханием произнес барон.
– Только что, – кивнул парень.
Барон подошел к ящику, который оказался почти с него ростом, и поднял обе руки вверх. Позолоченные защелки в ту же секунду откинулись, и ящик раскрылся ровно посередине, словно гигантский футляр для очков. Его половинки раздвинулись в стороны, а затем с грохотом упали на пол.
Теперь перед бароном и его слугой стоял высокий шкаф из затемненного стекла. Внутри угадывались очертания застывшей человеческой фигуры.
– Вам удалось раздобыть порошок? – тихо спросил парень.
– Разумеется, – ответил барон Клайд. – Мне следовало попросить у Корнелиуса больше, но проклятый старикашка начал меня в чем-то подозревать. Пришлось скрыться всего с одним флаконом.
– Порошки Корнелиуса сейчас страшная редкость, – отметил тощий парень. – Созерцатели следят за их распространением, а старые запасы черных колдунов быстро иссякают.
Нынешние власти больше не производят стекленящих порошков.
– Скажи мне что-нибудь, чего я не знаю.
– Сейчас вы используете это снадобье для очередного воскрешения, но что дальше? Мы не сможем вернуть ее в прежнее состояние! Порошка больше не будет!
– Об этом не беспокойся, – ответил ему барон Клайд, с любовью рассматривая стоящую перед ним статую.
Перед ним застыла прекрасная женщина с закрытыми глазами.
