Вот скажи, зачем тебе любовник, если тебе от меня ничего такого, – он покрутил рукой в воздухе, изобразив что-то, не поддающееся описанию, – не надо?
– Какой же ты дурачок у меня, Витя. – Ксения приподнялась на локте и посмотрела на него, улыбаясь. – Мне с тобой хорошо, спокойно. Я знаю, что ты меня не обидишь, не предашь, не подставишь. Ты, если хочешь знать, мое самое большое в жизни приключение. У меня от наших свиданий такой адреналин в крови, что никакого секса не надо.
– А ты уверена, что для тебя это безопасно? – осторожно спросил Дорошин.
– Я не хочу быть причиной твоего разлада с мужем, Ксюша. Если он начнет тебе устраивать сцены ревности, то скажи мне сразу, нужно будет как-то быстрее все решать.
– Ой, Дорошин. – Иногда Ксюша любила называть его по фамилии. – Ну какой же ты правильный, просто невозможно! Нет у меня никаких проблем с мужем и быть не может. Ты пойми, он мне полностью доверяет, потому что за четырнадцать лет я его ни разу не обманула. Какая ревность? О чем ты? Он даже слова такого не знает.
Алик абсолютно убежден, что он – самый лучший мужик в мире, а потому ему даже теоретически не может прийти в голову, что я ему с кем-то изменяю.
– А что ты ему говоришь, когда уходишь ко мне? – упрямо спросил Дорошин. Он помнил, как дядя говорил ему, что его свидания с Марией Викентьевной были редкими, потому что отрывать время от своей семьи она могла лишь изредка."
"– Витя, я ничего ему не говорю. Утром он уезжает по своим делам, и до позднего вечера его нет дома. Я могу быть на работе, где меня, впрочем, тоже особо никто не контролирует.
В выходные могу ездить по магазинам, по салонам красоты, могу в Москву даже рвануть на выставку какую-нибудь. К примеру, сегодня я ему так и сказала. Мол, поехала в Третьяковскую галерею, хочу подзарядиться прекрасным.
– Куда? – тупо спросил Дорошин.
– В Москву, – засмеялась Ксюша. – А что такого? На моей машине три часа туда, три обратно, пару часов там. Получается, что я могу провести с тобой практически весь сегодняшний день.
Я специально к субботе подгадала, чтобы ты был не занят. Машинку мою за твоим забором увидеть никто не может. Если Алик позвонит, я отвечу. Он на один из объектов в район уехал, дети с няней, так что я свободна как ветер. И никакого риска. И вообще, не разочаровывай меня, я не хочу думать, что мой любимый мужчина – трус.
– Я не трус. – Дорошин пожал плечами. Почему-то мысль, что ему придется сегодня провести с Ксюшей целый день стала ему неприятна.
