Через неделю он подкараулил меня и предложил поехать туда, где такую фабрику можно сделать единственной, – ответил наш гость, принимая щедро порезанные куски мяса от Маргрет.
– А семья у вас есть? В Англии кто-то остался? – перебила его наша заботливая женщина, что оказалась вовсе не монашкой.
– У меня двое сыновей в Англии, но у них свои семьи. Моя жена умерла десять лет назад. Мне нечего было терять в Англии, и я решился отправиться сюда. На английской шхуне мы дошли до Квебека, и потом оказалось, что работать мне придется в Монреале.
– В Монреале плохо? – переспросил Малкольм.
– Это не город, это небольшое поселение, где надо работать на земле, чтобы у тебя была еда. Все дорогое, а пока человек, что привез меня, закупал станки, я работал и на полях, и на фермах, чтобы прокормиться. Дальше все пошло еще хуже, потому что он обещал оплатить мне только тогда, когда я загружу следующую шхуну, на которой он придет из Англии готовой проволокой.
– А железо? Он оставил вам что-то? – поинтересовалась я.
– Немного, но нам должны были привезти железо из Квебека.
Когда прошло больше чем полгода, и хозяин этого завода не появился, я сам добрался до Квебека и пытался купить его там. Мне рассказали где можно добыть породу, или готовое железо. Это на севере, и денег у меня совсем не было.
– И как вы жили? На что? – спросила совсем расчувствовавшаяся Маргрет.
– Я нашел индейцев, что купили у меня готовую проволоку, и они привезли мне породу. Мне пришлось делать печь, в которой я ее плавил. Но это оказалось огромным плюсом – порода в несколько раз дешевле, и я весь процесс осиливал сам.
– Но почему же вы решили уехать оттуда? – спросила я, потому что до сих пор мне было не понятно – почему он приехал с Бернардом в глухое место.
– Потому что, взяв на работу Бернарда, который готов был трудиться только за еду, мы за это время сделали очень много, а прямо перед предложением уехать пришла шхуна с тем человеком, которому принадлежит этот небольшой завод. Он погрузил всю проволоку и сказал, что ожидал большего, и за это он не даст мне деньги за работу.
Дал только на покупку породы, мол, из проданного сможешь взять и себе."
"– Я был свидетелем этого разговора, и тогда решил, что этот человек делил со мной все, что у него было, не должен оставаться там. Я рассказал как мы живем, и что у нас здесь есть, и признался, что хотим свой завод, на котором будем изготавливать проволоку, – вставил Бернард.
– И я сразу согласился, потому что не верю больше этому человеку.
