– Иди сядем здесь, – он указал на бревна, которые днем использовались как место для посиделок матросов, мы подошли к ним и сели. – Сейчас они принесут деньги. Ты ночуешь в нашем доме, – словно за меня уже все решено, продолжил Федор.
– У вас так у вас. Только денежки мне мои отдай, понял? Пусть у меня лежат! – борзо ответила я Федору, и поняла, что Федор сейчас не выпустит меня из рук. Только обманом я могу уйти. Я для него курица, несущая золотые яйца, и потерять такую – смерти подобно.
Те же трое подошли только через час.
Было уже не меньше полуночи. В тяжелом и объемном мешочке у них были монеты. Кое-как разобравшись с ними, поделив деньги, они ушли, оставив нас вдвоем на берегу.
– Давай мои десять монет, как обещал, иначе больше никаких боев, – протянула я ладонь. Он отсчитал десять монет, и протянул мне. Я достала мешочек с десятью монетами, доставшимися мне сразу, ссыпала эти в него же, развязала шнурок с ноги, перевязала им еще раз мешочек с добычей, и завязала его на шее так, чтобы он не снялся с головы.
Если мой план не сработает, этим шнурком меня и задушат.
– Идем домой, – встал Федор, и уже направился в сторону форта.
– Нет, подожди, я должна помыться, пока темно и никто не видит. Уже два дня воды не видела, даже не думай спорить.
– Только не думай, что я отвернусь, – ответил Федор. Именно это мне и было нужно, чтобы не терять время.
– Я в одежде умею, – ответила я, сняла мокасины, кепку и суконную куртку, видимо, перешитую ее прежним владельцем из камзола, положила все на бревне рядом с Федором.
– Оставляй свой мешок, неужто ты думаешь, я убегу? Я мог бы тебе их не отдавать.
– Не, своя ноша не тянет. Пусть будут со мной, – без эмоционально ответила я Федору и пошла в воду. Через пять метров с берега ничего не было видно – вода сливалась с небом – сплошное чернильное пятно.
Я старалась шагать не слышно, шлепала по воде руками, ойкала и айкала, и старательно уходила в глубину, чувствуя, как далеко начинается настоящее течение.
– Ты где? – кричал с берега Федор. В этот момент я поняла, что я отошла далеко.
– Здесь. Больно мелко, со дна весь ил поднимается. Жди, еще вещи прополощу, – ответила я, сделала еще один шаг и легла на спину. Река понесла меня вниз, и последнее, что я услышала от Федора было:
– Гляди, исподнее не утопи, вещей та нету больше, – он хохотнул и замолк. Господи, прошу, неси меня быстрее, быстрее. Теперь нужно примерно вспомнить, через сколько мы были на месте.
