Мужчины оторвали прибитые уже по периметру три ряда досок, и прибили их на две стены. Так у нас получился теплый и сухой угол. Доски прибивались как в Плимуте – верхняя доска чуть накладывалась на нижнюю, образуя вид черепицы, только во всю длину дома. Чтобы было тепло зимой, полагалось еще прибить доски изнутри, получая таким образом стену, но у нас не было ни сил, не времени на это. Я боялась снова, потому что мы продвинулись еще севернее от Плимута. И теплое лето не говорило о том, что нас ждет теплая зима.
Веревки делали из травы, что тоже росла в виде дудки, которая была более волокнистой чем та, которую мы ели. Нас вооружили камнями, на которых мы долбили эти дудки до размягчения. Полученные волокна мы чуть заваривали в кипятке. После этого тоненькие нити, похожие на волокна, скручивали в жгут. А потом несколько таких жгутов мы скручивали в веревку. Я и не ожидала, что она получается такой крепкой.
Эти знания нам были просто необходимы, чтобы жить в диком лесу.
Веревка даже после высыхания оставалась крепкой. Четыре дня Сквонто и Малкольм трудились под дождем, и только в редкие часы заходили переодеться и погреться. Мы продолжали пилить доски в каждую минуту, как только дождь прекращался, и за четыре дня кое-как осилили пять штук, по это позволило зашить еще треть стены. Сквонто и Малкольм пилили толстые «плахи» для пола – толстые доски не дадут замерзнуть в холода и не сгниют быстро.
В первый день без дождя к нашему берегу пристали пять больших лодок – Магавки прибыли в гости со своей стороны озера.
Глава 42
– Там индейцы, Сквонто, Сквонто, смотри, они приближаются к берегу, и их много! – кричал Малкольм. На его крик тут же отреагировала Маргрет, бухнувшись на колени возле хижины.
– Сестра Маргрет, они не должны видеть нас вот такими! – говорила я достаточно громко, направляясь к ней.
– Какими это, такими? Мне не важно, что думают дикари, я хочу лишь, чтобы Бог защитил нас, – она прикрывала глаза, пытаясь «навести» свою связь с потусторонним миром, но я решила, что в этот раз не дам ей оторваться от реальности, присела рядом и прошептала:
– Они не должны видеть и знать наши слабости, сестра.
Вы воспитывали нас в любви к Богу, но сейчас все зависит только от нас самих, и думаю, Бог это одобрит. Идемте, встретим наших гостей, угостим их нашим обедом, и узнаем, что они хотят. Мы здесь пока только гости, но должны стать хозяевами.
