Я с трудом рассмотрела то, о чем она восторженно пела, и это точно было озером или рекой, кусок которой было видно сквозь деревья. Я выдохнула, посмотрев на нее. Она подбежала и обняла меня:
– Вот видишь, как хорошо, что я не ошиблась, как я рада, Элиза, она плакала, уткнувшись мне в шею. Я махнула сестрам, чтобы они шли за Малкольмом.
– А никто не сомневался, детка, ты же видишь, сколько людей верили тебе. Ты не можешь наврать, потому что понимаешь всю ответственность за происходящее, – я шептала ей, и радовалась, что наконец ее страх отступит, наконец, она сможет спокойно идти вперед, увидев цель, удостоверившись, что она не ошиблась.
"
"Сквонто быстро рубил лапник, девушки переносили его к шалашу, а Малкольм крепил его к остову, что он уже поставил под тремя соснами, закрепив его прямо к стволам. Наш промасленный навес необходимо было на этот раз привязать серьезнее, потому что уже сейчас было понятно какой силы будет гроза.
Ветер налетал порывами, и вдруг снова прекращался, будто перед нами появлялась стена, что останавливала его.
Первые капли дождя упали вместе с молнией и сотрясшим землю громом. Сестры упали на колени и принялись читать молитву – одну и ту же, слово в слово, не сговариваясь.
В последние дни я только было начала думать о том, что люди, когда понимают реальную ответственность за свою жизнь, начинают больше верить в себя, в людей, что находятся рядом, в сильные руки и умные головы. Но эта картина дала мне понять, что я заблуждаюсь – их вера нечто привычное, что-то особенное, что дает надежду после всего, что они смогли сделать руками.
Это как дополнительная степень защиты.
Гроза и ветер безумствовали несколько часов, а потом пришел ливень. Мы уже думали, что он проходит стороной, но нас накрыло с такой силой, что изо всех щелей и слева и справа, и с крыши, на нас просто лились реки воды. Скатки мы уложили в сумки, и сидели на лапнике, боясь даже представить, что будет, если дождь продлится весь день.
Но он закончился резко – в одну секунду просто выключился, и только с крон деревьев еще продолжало лить на нашу насквозь мокрую крышу.
– Идем, нам нужно продвинуться еще, и тогда, через пару дней мы достигнем той реки, о которой говорила Клер. Нам нужна рыба и вода, – коротко и сухо сказал Сквонто, и начал отвязывать мокрое полотно с крыши.
Солнце вышло минут через пятнадцать после того, как закончился дождь.
