– Мадам Гроссо почти такая же красивая, как ты, мамочка, – окончательно растопила она мое сердце. – А еще веселая и добрая: прогнала злую мадам.
Я насторожилась.
– Ты о мисс Аурелии? Отчего ты решила, что она злая?
Девочка промолчала, ниже склонив голову. А в ярких синих глаза мелькнул, ни мало ни много, испуг.
Мне это совсем не нравилось. Подсев еще ближе, я ласково заглянула дочке в лицо:"
"– Софи, когда мадам Гроссо позвала тебя нынче утром, а злая мадам наклонилась к ней – что она сказала?
Софи тогда стояла куда ближе к дамам, чем я, и, ежели Аурелия говорила на французском, могла разобрать ее реплику.
Но храбрости дочери как ни бывало.
– Она сказала что-то на французском? – спросила я прямо.
Дочка кивнула. Собралась с силами и молвила:
– Она говорила про кровь. Злая мадам посмотрела на меня и сказала, что у меня какая-то неправильная кровь. Рабская, кажется.
– Она сказала, что у тебя рабская кровь?! – вспылила я.
– Постой, милая, – разговор давно слушал и муж. Тоже приблизился.
Настороженно спросил: – Соня, она сказала «d'esclave» – «рабская» или «slave» – «славянская»?
Подумав недолго, Софи просияла лицом и выпалила:
– «Slave»! Она сказала, что во мне славянская кровь, да! А что это значит, мамочка?
Глава 8
5 июня, 22 часа 15 минут, Балтика, открытое море
На ужин идти все-таки пришлось…
После разговора с Софи, у меня будто земля уплыла из-под ног. Мы переглянулись с мужем и без слов сошлись во мнении, что пускать дело на самотек нельзя.
Откуда компаньонка мадам Гроссо узнала о происхождении Софи? Магия вуду? Какие глупости! Разумеется, ей сказал об этом кто-то, кто нас раскусил! Эрих Шефер? Вальц? Этот таинственный агент, что должен купить бомбу? Все нужно было выяснить, да поскорее.
До того, как мы прибудем в порт Гельсингфорса.
С трудом могу припомнить, что подавали в ресторане в тот вечер: все мое внимание занимала мадам Гроссо и ее свита. Опять недовольная чем-то Ева и беззаботный как всегда Мишель Муратов. Американец Макгроу припозднился, но ко второй перемене блюд присоединился и он.
Исподтишка рассматривая красивое, точеное лицо французской актрисы, я силилась разгадать, что она скрывает. Но дама была в превосходном настроении сегодня: много говорила и смеялась. Правда, на мой взгляд, излишне налегала на вино.
Пила она вино и позже, в гостиной, куда пригласила присутствующих поглядеть на магический ритуал вуду, который Аурелия все-таки взялась провести. Белого петуха, надеюсь, сыскали.
