Разбитая фара. Или что-нибудь в этом духе.
Соседка обещала постараться. И вернулась к своим домашним. А подруги в который раз за сегодняшний день поймали такси и уже собирались направиться в гости к друзьям Антона, но их догнал крик соседки.
— Постойте! — размахивая руками, кричала она. — Подождите. Я вспомнила!"
"Подруги попросили шофера подождать и с интересом смотрели на соседку, которая выскочила из дома.
— Я вспомнила, — повторила та, оказавшись рядом с подругами. — На той машине, на которой уехал Антон, была царапина.
— Где именно? — быстро спросила Мариша.
— На дверце, — ответила дамочка. — Даже не царапина, а продольная вмятина. Словно дверцей машины на ходу задели за какой-то угол.
— Какой именно дверцей?
— Правой задней, — уточнила соседка и, очень довольная своей наблюдательностью, отправилась домой — на этот раз окончательно.
Подруги переглянулись.
— По крайней мере это кое-что, — пожала плечами Мариша, запихивая в такси Юльку и усаживаясь туда сама.
Затем они велели шоферу трогаться.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
К сожалению, телефонов друзей Юлькиного мужа подругам среди вещей Антона найти так и не удалось. Поэтому они ехали вслепую, не зная, застанут ли кого-нибудь из этих людей дома.
— Не важно, — говорила Мариша. — Время — это единственное, чего у нас предостаточно. Машины у нас нет, а катаясь на такси, мы рискуем в скором времени истратить ту жалкую тысячу евро, которая осталась у тебя дома после исчезновения Антона. Вот ведь собака, не мог исчезнуть, оставив тебе пару своих кредитных карточек.
Или хотя бы немного наличности.
— Но мы же не знаем, как было дело! — попыталась защитить мужа Юля. — Словам этой особы из четвертой квартиры насчет длинноволосой и длинноногой блондинки я не особенно верю. Даже если за рулем и сидела женщина, то это вовсе не обязательно была любовница Антона.
— Ну да! — воскликнула Мариша. — Конечно! Просто знакомая, которая в седьмом часу вечера совершенно случайно проезжала по нашей улице.
— А если это была его любовница, то как ты объяснишь наличие в той же машине негритянок? — спросила у Мариши Юля.
— Тебе не кажется это странным?
— Не знаю, — ответила Мариша. — Пока я ровным счетом ничего не понимаю в этом деле. Кроме того, что твой муж чего-то опасался. Но не настолько, чтобы сильно портить себе этим беспокойством жизнь. А вот поговорив с Вольфом, он заволновался всерьез. И заказал билеты, чтобы смыться из Берлина. Хотя раньше такого скорого отъезда вы не намечали.
