– Правда, что инкубов не берут яды?
– Да, – охотно согласился он. – Это не секрет. Если я не ошибаюсь, то в ваших учебных гримуарах нам целый параграф посвящен. В разделе «демонические отродья».
На самом деле в теме «темные маги с демоническими сущностями» целых два параграфа – один из которых рассказывал, как избежать магического влияния, если нет печати. Однако умничать было чревато и неосмотрительно – вряд ли такие интересные вещи изучали на факультете бытовой магии в академии Лаверанс, поэтому я спросила то, что меня действительно интересовало:
– А несварение у вас случается?
– Прости? – поперхнулся он.
Я подняла голову и посмотрела ему в лицо.
– В смысле, ты же способен переваривать экзотические блюда?
– Никогда не пробовал, – покачал он головой, аккуратно деля ножом нежную отбивную на красивые ровные кусочки.
– Не хочешь приобщиться? – изогнула я брови и выразительным жестом подвинула в его сторону тарелку с подвижным угощением.
– Бесчеловечно отбирать еду у женщины, – издевательски протянул Рой.
То есть пихать в женщину эту самую еду, живую и пять минут назад выловленную из аквариума, – признак человеколюбия? Странное у ведьмаков понятие о гуманизме.
– Ты вовсе не отбираешь, – поспешно уверила. – Я готова от души поделиться этими… потрясающими воображение вкусняшками.
– Ни в коем случае! – поцокал он языком, в наглых фиолетовых глазах искрился смех. – Я безумно рад, что первым открыл тебе дивный мир необычных блюд. Наслаждайся!
Как типично: садись, весноватая, и наслаждайся! Братья разные, а приемчики одинаковые.
Снова убеждаюсь, что они учились развлекать чародеек по одному гримуару. Изводить, похоже, тоже.
– Наслаждаться веселее вдвоем! – настаивала я. – Бери, пока еда не сбежала из тарелки, а то она такая игривая! А икра? Ты когда-нибудь ел зеленую икру?
– Нет, но девушкам обычно нравится.
– Слушай, у твоих девушек очень странные предпочтения.
– Они из столицы.
– О, несомненно, это многое объясняет! Отбивной их не соблазнишь.
– Ты хотела сказать «не удивишь», – с вкрадчивой улыбкой поправил меня инкуб.
– И не удивишь тоже.
Чувствуя душевную тоску, я смотрела, как выпускала водицу подтаявшая строганина из рыбы, вяло шевелился алый осьминог, видимо, смирившийся со страшной судьбой.
– Просто признай, что проповедь в капелле была перебором, – посоветовал инкуб и протянул тарелку с аккуратно нарезанными кусочками мяса.
– Ты вообще в курсе, что гастрономический шантаж ниже мужского достоинства? – хмыкнула я.
