Мила сделала зарубку на память, внеся в список всех, кто мог иметь отношение к убийству, новое имя. Павел Хромцов.
– Похоже, убийство Троекурова объясняется очень просто, – вздохнула она. – Причина лежит на поверхности. Бывший компаньон, который чувствует себя кинутым и обманутым, решил отомстить. Почему тогда Антон Кедровский арестован, Олег Иванович? У него-то мотив для убийства гораздо слабее.
Васин немного помолчал.
– Сам не знаю, зачем я тебе это все выкладываю, потому что вообще-то это тайна следствия.
Мила молитвенно сложила руки на груди.
– Олег Иванович, миленький, вы же знаете, что я никому не скажу. Просто у Антона брат с сестрой – мои ученики. Надо же понимать, надолго ли они без присмотра остались. Да и Калина переживает.
– Переживает она. – Васин замолчал, но Мила видела, что делает он это по-доброму, по-стариковски. – Кедровского всерьез особо никто не подозревал. Ты права, Хромцов – гораздо более удобный подозреваемый. Антона вызвали просто поговорить, чтобы версию отработать, а у него во внутреннем кармане куртки ключи от троекуровского снегохода обнаружились.
На рамке при входе зазвенели. Он их и выложил. Вот ведь какая штука."
"– Что? – Миле показалось, что она ослышалась. – Но это же чушь какая-то. Зачем забирать с собой такую важную улику, как ключи, особенно если учесть, что снегоход остался на краю поля?
– Я вижу, ты и без меня немало знаешь. – Васин смотрел на нее внимательно.
– Так я не с одним вами разговариваю, – призналась Мила. – Олег Иванович, если Антон убил Троекурова, то забрать ключи было верхом глупости.
Да еще и с собой их носить несколько дней, чтобы в полиции на рамке зазвенеть.
– Человека убить не так просто, – покачал головой бизнесмен. – Уж после этого точно не в себе будешь. Может, он эти ключи случайно подобрал и в карман сунул, да потом в состоянии аффекта и забыл. В общем, ключи сильно против него сыграли, потому и ордер на его задержание выписали.
– Олег Иванович, я знаю, что вы пригласили дорогого адвоката, чтобы он Калину защищал.
Ее только благодаря этому так быстро отпустили. И попросил вас это сделать Савелий Гранатов. Вы можете с ним договориться, чтобы адвокат и Антону помог? Я его, конечно, только один раз видела, но не мог он убить. У него же по лицу все, как по открытой книге, читается.
– Ишь ты, какая быстрая, – взгляд Васина стал еще более внимательным, острым. – Это тебе Савелий сказал, что адвокат – его рук дело?
– Нет, я сама догадалась.
