– Ореола, перестань паниковать и прислушайся к себе – что ты чувствуешь? Не в смысле настроения, а вообще.
– Я не паникую, а злюсь.
– А ещё?
– А ещё – очень злюсь!
Глин молча ждал.
Ореола вздохнула. Ну да, ну да… в самом деле усталость переполняла её. Трудно было даже припомнить, когда она последний раз спала – во всяком случае, нормально. Закрыть глаза, ощутить ласковый жар солнца на чешуе…
– Ладно, уговорили, – фыркнула она, – но разбудите меня через час, не позже! Понятно?
– Посмотрим, – кивнул Глин.
– Ррлии! – радостно заверещал ленивец.
Просияв, Кинкажу взмахнула крылышками.
– Полетели, скорей! Я знаю самое лучшее местечко.
Взлетая следом за ней и Мангром, Ореола слышала за спиной хлопанье десятков крыльев – невидимые зеваки не хотели отставать. Место для сна, куда привела Кинкажу, оказалось на самом верху, где никакие листья и ветви не заслоняли синего небосвода и яркого солнца. Уютную плетёную площадку обрамляли нежно-розовые гирлянды цветущих лиан.
– Ложись туда! – Малышка показала на углубление посередине, похожее на гнездо.
Ореола неохотно свернулась в клубок, ощущая, как солнечное тепло начинает проникать под чешую. Ленивец прижался к плечу и довольно засопел. Внезапно в бок что-то толкнуло – это плюхнулась рядом Кинкажу. Мангр пристроился вплотную с другой стороны. Выходит, радужным совсем не противно, когда их касаются другие драконы, подумала Ореола – получается, это она одна такая.
– Эй! – начала она, но Кинкажу с Мангром уже спокойно похрапывали.
Она вздохнула и закрыла глаза в уверенности, что никогда так не уснёт.
Через мгновение снова открыла – и обмерла.
На неё в упор смотрели янтарные глаза Небесной королевы Пурпур.
Глава 28
Ореола с шипением отшатнулась и разинула пасть, нацелив ядовитые клыки.
– Не смей! – прорычала алая дракониха. – Тебе мало того, что уже натворила?
Как ни странно, её морда выглядела абсолютно неповреждённой, как будто и не было того плевка ядом на королевском балконе. Блестящая чешуя небесной мерцала багрянцем, почти сливаясь цветом с зарослями цветущих орхидей, а небольшие рубины над глазами искрились в ярких солнечных лучах.
Однако, приглядевшись, Ореола поняла, что дрожит в воздухе всё тело Небесной королевы, а нарядная чешуя, инкрустированная драгоценными камнями, – всего лишь маска, под которой смутно чернеет уродливая, оплавленная ядом плоть. Видение на миг дрогнуло, и позади него обозначились очертания комнаты со странными светящимися шарами под потолком – появились и вновь пропали.
