– Или Орхидею! Королеву Блеск, Туаланга, Лори…"
"Драконы озадаченно нахмурились, многие стали оглядываться, будто ожидали, что названные и в самом деле вот-вот явятся и ответят.
– Вот именно! – усмехнулась радужная малышка. – Что, давно их не видели? А вы знаете, что их коварно похитили, как и меня? Только они до сих пор томятся в плену – за исключением Тапира, Светлячка и Орангутана, которые умерли ужасной смертью в одиночестве, вдали от всего, что им было дорого! А помочь им готова одна Ореола, и больше никто.
Вот почему она должна стать нашей королевой!
Наступило неловкое молчание, которое Ореоле очень не понравилось. В толпе продолжали недоумённо морщиться, явно не понимая, о ком идёт речь.
– Не слушайте Кинкажу! – Бромелия протолкалась вперёд, раздражённо поигрывая высунутым языком. – Она непослушная, одни шалости на уме. Нарочно пряталась три недели мне назло, а теперь выдумывает какие-то сказки!
От обиды малышка вспыхнула цветами заката, с шипением обнажив клыки. Ореола поспешно задвинула её себе за спину.
– Придержи язык, Бромелия! Кинкажу говорит чистую правду. Я побывала там сама! – Она обвела горящим взглядом толпу на площадке и тех, кто уже собирался вокруг на деревьях. – Ваши сородичи страдают, над ними издеваются, держат в вонючих дымных пещерах без фруктов и солнца!
– Совсем без солнца? – испуганно выдавил кто-то. В толпе забормотали.
Ореола шагнула вперёд, толпа отпрянула.
– То же самое могло – и ещё может! – случиться с каждым из вас! Если мы не придём на выручку, то кто? Наши соплеменники сгинут там навсегда! – Она хлестнула хвостом.
– Я знаю, вы предпочитаете спать, забыв обо всём, но поймите: они такие же, как вы, и им нужна ваша помощь! – Оглянувшись через плечо, она продолжала: – Вот зачем мне нужен трон! Не для того чтобы вкуснее есть или спать поближе к солнцу! Я стану королевой ради несчастных похищенных драконов – и ради вас тоже – чтобы вам не пришлось всю жизнь стыдиться и горевать о тех, кого так и не спасли!
Глава 26
Ореола перевела дух и снова обвела взглядом собравшихся драконов.
Большинство выглядели растерянными, но кое у кого чешуя пошла тёмно-пурпурными полосами стыда.
Что бы ещё им сказать? В свитках часто попадались благородные возвышенные речи, особенно в конце глав, но сейчас, глядя в глаза слушателям, Ореола не могла придумать ни одной сколько-нибудь удачной концовки.
– Вот! – нарушила тишину Кинкажу и показала Бромелии язык.
