Уходя, я сжимаю и разжимаю ладонь.
– Дай мне знать, что там с турниром! – кричит вслед Истон.
– Я уже сказала.
Раздается стон, затем ее голос резко становится серьезным:
– Мэллори!
Я разворачиваюсь, несмотря на то что есть все шансы, что несвежее дыхание босса ударит мне в лицо, когда он будет вопить, что я опоздала.
– Послушай, я не собираюсь заставлять. Но шахматы были для тебя всем. А сейчас ты не хочешь сыграть даже ради хорошего дела.
– Типа поддержки людей с непереносимостью глютена?
Она снова закатывает глаза, и я бегу на работу, смеясь на ходу.
Едва не опоздав, хватаю инструменты, но прежде чем успеваю скрыться под кузовом машины, чувствую, как вибрирует телефон. На экране появляется скриншот объявления: «Командный турнир олимпийских клубов. Недалеко от Нью-Йорка. Совместно с “Врачами без границ”».
Я улыбаюсь.
МЭЛЛОРИ. ладно это хорошая организация
БРЕТ ИСТОН ЭЛЛИС. Говорила тебе! Еще смотри.
И отправляет мне ссылку на статью о непереносимости глютена. Оказывается, она все-таки существует.
МЭЛЛОРИ. теперь ВЕРЮ что это реальная штука
БРЕТ ИСТОН ЭЛЛИС. Говорила тебе.
МЭЛЛОРИ. это твоя козырная фраза
БРЕТ ИСТОН ЭЛЛИС. Моя козырная фраза: «Я была права». Так что, планируешь участвовать в турнире?
Я фыркаю и едва не пишу «нет». С трудом сдерживаюсь от того, чтобы напомнить Истон, почему я на самом деле больше не играю в шахматы.
Но затем вспоминаю, что скоро она уедет в колледж, а я останусь здесь совсем одна. Истон будет пытаться завязать разговор о последнем прохождении «Дрэгон эйдж» с кем-нибудь другим, кто захочет с ней просто пососаться.
Представляю, как она изменится, когда вернется домой на День благодарения: с выбритыми висками, веганка, предпочитающая коровий принт. Вполне возможно, она превратится в совсем другого человека. Мы встретимся в знакомом месте, посмотрим сериал, который смотрели раньше, обсудим общих знакомых, но перестанем быть теми, кто мы есть сейчас, потому что встретим новых друзей, обретем новый опыт и воспоминания."
"Грудь сдавливает от страха.
Страха, что Истон изменится, расцветет и больше никогда не будет прежней. Но я буду. Здесь, в Патерсоне. Я законсервируюсь. Мы вряд ли будем об этом говорить, но обе знаем наверняка.
Так что я пишу:
МЭЛЛОРИ. лады. в последний раз
БРЕТ ИСТОН ЭЛЛИС. Видишь? Я была права.
МЭЛЛОРИ:
МЭЛЛОРИ. взамен ты отвезешь мою сестру в лагерь на следующей неделе чтобы я могла взять еще смены
БРЕТ ИСТОН ЭЛЛИС. Мэл, нет.
БРЕТ ИСТОН ЭЛЛИС. Мэл, прошу. Что угодно, только не это.
