Я замираю. Затем шиплю:
– Что?..
Невероятно, до зубного скрежета без всякого повода я взбесилась, что он отвлекает меня в такой важный момент. Сегодня утром, готовя Дарси овсянку («Давайте называть вещи своими именами: это не что иное, как “Нутелла”, посыпанная овсяными хлопьями», – пробурчала Сабрина, надкусывая кислое яблоко), я осознала, что Фишер совершил ошибку, которую Спасский мог бы обернуть в свою пользу. С тех пор я не переставала думать об этом, уверенная, что черный конь…
– Я поведу, – говорит Оз. – Отъезжаем в шесть.
Почему он не заткнется? Я ужасно раздражена.
– Отъезжаем куда?
– В Филадельфию. Что с тобой не так?
Я игнорирую его и возвращаюсь к своей мысленной игре, пока не наступает вечерняя сессия с Дефне. Я уже жду наших встреч – отчасти потому, что она единственный взрослый человек, за исключением мамы, с которым я общаюсь, но еще потому, что мне действительно нужна ее помощь. Чем больше усилий я прикладываю, изучая технические аспекты игры, тем сильнее понимаю, как мало в самом деле знаю и насколько мне нужен тренер.
Подозреваю, именно поэтому гроссмейстеры все время берут мастер-классы и находят себе наставников.
– Мы можем разобрать одну партию? – спрашиваю я, едва пересекая порог библиотеки. – Я тут застряла на одном моменте…
– Давай поговорим о чемпионате в Филадельфии.
Застываю:
– Прости, о чем?
– Открытом чемпионате Филадельфии. Турнир. Твой первый турнир – уже в эти выходные.
Моргаю:
– Я…
Дефне вздергивает подбородок:
– Ты?
О. Оу?
– Сомневаюсь… Вряд ли… – Сглатываю.
– Думаешь, я готова?
Она одобрительно улыбается:
– Если честно, то совсем не готова.
Восхитительно.
– Но это слишком хорошая возможность, чтобы ей не воспользоваться. Филадельфия совсем рядом, а это уважаемый открытый турнир. – Я смутно представляю, что это значит; возможно, поэтому Дефне продолжает: – Там будут игроки самого высокого класса, входящие в десятку лучших по всему миру, однако обычным шахматистам без рейтинга типа тебя тоже можно принять участие. К тому же это турнир на выбывание: проигравший в каждом матче вылетает, победитель двигается дальше.
Так что ты не застрянешь там с посредственными игроками только потому, что у тебя нет рейтинга. Ну, если будешь выигрывать, конечно, – она дергает плечами. Ее единственная сережка в виде перышка радостно звенит. – Я тоже поеду. В самом худшем случае ты просто опозоришься.
Супер-пупер.
Так я оказываюсь на пассажирском сиденье красного «Мини-Хэтча» Оза в субботу утром.
