Но он настолько увлечен беседой с брюнеткой, что не видит ничего вокруг. Осматриваю женщину рядом с Юрием, чувствую себя малолеткой, с которой всего лишь играют. Нет, возможно, с брюнеткой он тоже играет.
Только со мной ведутся детские игры, а вот с этой взрослые, на несколько уровней выше. А в голове опять мелькает мысль, что не зря я не люблю перемены. Работала бы я сейчас на старой работе, и не видела бы ничего из этого. Не узнала бы, что с виду серьезный мужчина может лгать, прикрываться болезнью, приглашать меня на свидания, целовать, делать комплименты и писать по ночам много романтической чуши, а на самом деле быть настоящим козлом.
Мне хочется одновременно смеяться и плакать. Начинаю задыхаться от злости на себя за то, что я такая наивная дура. Я знала, сколько ему лет. Я понимала, что он не мальчик и у него могут быть женщины. Но что он настолько циничный и лживый — даже не подозревала. Он звал меня к себе на дачу, намекая на то, что нам пора сблизиться и в это же время встречался с другой.
И по его поведению понятно, что он не собирается расставаться с этой женщиной.
Хочется бросить все и убежать, плюнув на работу. Но я сильнее стискиваю меню и решительно подхожу к их столику. Хочется посмотреть Юрию в глаза и увидеть его реакцию.
— Добрый вечер, — стараюсь говорить уверенно и не выдать зарождающуюся бурю внутри меня.
— Ваше меню, — заглядываю в округлившиеся глаза своего преподавателя, а самой хочется взять маленькую вазочку со стола, в которой стоят живые цветы, и вылить содержимое ему на голову.
Но я держусь, не желая терять работу в первый же день. Юрий на мгновение теряется, а потом отворачивается, делая вид, что не знает меня. А самое противное во всей этой ситуации то, что он даже не прекратил зажимать брюнетку.
— Готовы сделать заказ? — на последнем слове, мой голос немного срывается.
— Принесите нам шампанское, вот это, — деловито тыча длинным пальцем в меню, говорит он. — Как мы определимся с заказом, мы Вас позовем, — сильно прикусываю губы, чтобы не высказать ему все, что я он нем думаю.
"
"— Приятного вечера, Юрий Михайлович, — зачем-то говорю я, пытаясь сглотнуть непрошенные слезы от обиды за себя. Он посмотрел на меня так, будто впервые видит. Так словно я ему неприятна. А когда-то меня покорили его взгляды в мою сторону. Как мне казалось, он смотрел на меня как-то по особенному. Не так, как все остальные. Взглядом настоящего взрослого мужчины.
