Может он и не хочет меня видеть, а я общаюсь с ним, как будто мы близки. Хотя из наших переписок и каждодневных встреч на лекциях, кажется, я знаю про него все, вплоть до того, что он ел на завтрак и ужин.
— Да ничего страшного, просто проснулся с высокой температурой. Не переживай, солнце, пару дней и я буду в норме. Я помню о нашей поездке на дачу, хочется сказать, что я еще не согласилась никуда с ним ехать, но он болеет, и я не хочу его расстраивать. Я не маленькая, и прекрасно понимаю, зачем взрослый мужчина зовет девушку на дачу на выходные.
Но… я боюсь. Нет, я не боюсь потерять девственность. Я боюсь потерять себя. Называйте меня, как хотите: нерешительной, ненормальной, трусихой. В наше время сначала ложатся в постель, а потом влюбляются. А я хочу наоборот. Чтобы раз и навсегда. Чтобы принадлежать только одному единственному. Юрий нежен и ласков со мной. Его поцелуи волнуют меня и вызывают трепет. Но я пока не чувствую, что он — тот самый. Может, нам нужно больше времени и тогда я все это почувствую? Но как объяснить это тридцатилетнему мужчине? Он не мальчишка и секс для него — неотъемлемая часть отношений.
— Сейчас у меня собеседование. А после я приду тебя лечить, — уверенно заявляю я. У него нет здесь родителей или родственников, они живут в другой стране. — Что тебе принести? Может, нужны какие-нибудь лекарства?
— Ну что ты, Злата. Спасибо. Но я взрослый мальчик, и в состоянии позаботиться о себе. И приходить ко мне не нужно.
Давай спишемся вечером, а лучше я тебе позвоню.
— Хорошо, — расстроено отвечаю я, чувствуя себя глупо из-за своей настойчивости. — Выздоравливай. Мне нужно бежать на собеседование, — тараторю я, желая быстрее сбросить звонок.
— Солнышко, ты что, обиделась? — немного откашлявшись, спрашивает он.
— Нет. Мне действительно надо идти.
— Я же по голосу слышу, что обиделась. Злата, я очень хотел бы пригласить тебя к себе домой. Но я не прощу себя, если ты от меня заразишься.
Я не могу допустить, чтобы ты заболела. Тем более, скоро сессия. И я буду очень строг и придирчив, — усмехается он."
"— Юра! Ты же знаешь, я не люблю, когда ты шутишь по этому поводу, — возмущаюсь я, а сама улыбаюсь своему отражению. Мы прощаемся, я сбрасываю звонок. Поправляю белую блузку, разглаживаю складки на светло голубых джинсах в обтяжку. Вновь собираю распущенные волосы в хвост, посчитав такую прическу неуместной для собеседования.
