— Я не знаю, а как же мама? Она не поймет, да и не позволит.
— А ты у нас послушная дочка, — усмехается он, и обводит пальцами мою голую грудь. А я уже ничего не могу сказать, все слова где-то теряются от его ласки. Зажмуриваю глаза, и на самом деле чувствую себя счастливой идиоткой. Да, я хочу жить с ним. Просыпаться и засыпать в его объятиях, готовить ему завтраки и видеть его каждый день. Потому что не смогу уже прожить без моего мужчины не минуты.
— Маме необязательно знать, где ты. Но тебя я больше не отпущу.
И это не обсуждается, Маленькая, — твердо, даже с угрозой произносит он. А я запрокидываю голову назад, млея от его ласк. Так и должно быть. Он мужчина и я не смею его ослушаться, тем более, когда сама очень сильно этого хочу…
ГЛАВА 10
ЯрославЯ любил на нее смотреть. Просто наблюдать со стороны за ее действиями. Не важно, что она делает и чем занимается, я мог часами наблюдать за ней."
"Наверное, со стороны я выглядел невменяемым, но мне было плевать. Первое время Злата стеснялась и говорила, что я похож на маньяка, выслеживающего свою жертву.
Так и есть. Я — маньяк, повернутый на маленькой девочке, которая даже не представляет, сколько всего я хочу с ней сделать. Она казалась мне особенной, не такой, как все девушки и женщины, которых я знал. Мне казалось, в этой чистой девочке нет изъянов. Она прекрасная, совершенная, милая и очень нежная.
Вот уже неделю Злата живет со мной. Всегда рядом, за исключением мучительных часов, когда я сидел в машине возле ее университета и нервно отсчитывал часы до конца занятий.
Я запретил ей работать. Девочка оказалась строптивой и отстаивала право на работу. Я не мог и не хотел рассказать ей о том, что ей грозит опасность, что за каждым ее шагом следят. Она просто должна всегда быть со мной и даже это не гарантировало ей стопроцентной безопасности. Я не хотел пугать ее и заставлять переживать. Пусть живет в придуманном розовом мире и верит, что жизнь прекрасна. Не нужно ей все это. Я хотел оградить ее, защитить и попытаться выторговать у судьбы маленький кусок счастья.
Время подошло. Студенты медленно покидают университет, а вот Злата задерживается. Ненавижу эти секунды, которые, наверное, являются моим наказанием. То время, когда пульс учащается и нервы на пределе, потому что ее нет. Даю ей еще десять минут, нервно отсчитывая время. Кажется, я в жизни ни за кого так не боялся. До трясучки, до замирания сердца и скручивающей боли в животе.
