Слишком ярко эта девочка меня заводила. Выдергивала на поверхность все чувства, которые обострялись рядом с ней словно у зверя. С ней не бывает просто. Помыть хотел? Я тупо ее распалял. Мне нравилось, как ладони скользят по нежной коже. Сходил с ума, ощущая тяжесть груди в руках. Кира постанывала, прогибалась в спине…
Скользнув по животу вниз, размазал пену по лобку, двинулся к нежным складкам. Вклинился бедром между ног, вынуждая чуть расставить ноги. Так удобнее ласкать. Если бы не держал, Кира съехала бы на пол.
Кого-то ноги отказывались держать. Пальцы уверенно подводили мою девочку к разрядке. Рваные вздохи, изгибающееся тело в руках, нежные стоны.
— Тема, я хочу с тобой…
— Не сегодня, маленькая, — знала бы она, как я хочу. Как меня разрывает и чего стоило выдавить из себя эти слова. Ее попка так трется о каменный член, что мозг размазывает по стенкам кабинки, хрен я его соберу.
— Я хочу…
— Тебе будет больно. Нет.
— Я хочу, — продолжает настаивать. — Пожалуйста, Тема, — мое имя, срывающееся хриплым стоном, и это «пожалуйста» разносят в клочья весь мой оставшийся контроль.
Подхватываю ее под ягодицы, припечатываю к стене лопатками.
— Обхвати меня ногами, — впиваюсь в сочные губы. Головка трется о вход, но я из последних сил сдерживаюсь, пока Кира сама не толкается навстречу.
Медленно, плавно, на всю длину. Даю ей привыкнуть, распаляю. Легкие укусы оставляю на шее, ключицах. Зализываю покраснения. И только когда замечаю, что она перешла порог боли, и я полностью там, где все звенит от удовольствия, отпускаю себя.
Глубоко… размашисто… сильно.
Ловлю крики ртом, пока она выгибается, тело сотрясает дрожь. И вновь приходится покидать тугой рай в самый последний момент. Я точно сдохну от удовольствия, когда кончу в нее…
* * *Кира
Наши выходные затянулись еще на одни сутки. Полностью погруженные в свои отношения, мы не обсуждали наше участие в играх, а ведь ребята звонили и просили встретиться.
— Послезавтра. Хотя бы еще один день ты только моя, — шепнул Сокол.
Разговор с Яром проходил на громкой связи. Артем стоял сзади, руки покоились на моей талии.
— Яр, мне нужно отдохнуть. Я наберу.
— Спасибо, красотка.
— За что?
— За то, что выстояла, — с уважением и восхищением. — Знаешь, о чем я тут подумал? — не успела ответить, а Яр продолжил: — Готов остепениться. Если захочешь, Кир, будешь единственной. Подумай, красотка, — вроде в излюбленной шутливой манере, но руки на моей талии заметно напряглись.
