Лично я ни геев, ни лесбиянок не осуждаю, интимная сторона жизни потому и называется интимной, что она интимна. Впрочем, высказалась коряво. Мне думается, что в сексе каждый человек выбирает свою дорогу. Если вы не развращаете малолетних и никого не насилуете, то все остальное ваше личное дело. Не стоит посторонним засовывать нос в чужие спальни. Одному нравится поп, другому попадья, третьему попова дочка, а четвертый предпочитает жареную свинину. Ваша ориентация меня не поразила, изумило иное.
Отчего вы расписались с Алисой?
Женя закатил глаза:
– Потому что кругом уроды и кретины! Я работаю в театре, художником по гриму. А наш главный режиссер вкупе с директором и тремя спонсорами полные идиоты. Директор из военных, настоящий полковник. Представляете?
Я кивнула.
Женя чихнул и продолжил:
– Ну и фиг бы с ним! Только спонсоры… Они из бывших уголовников, этакие отмороженные табуретки, но с деньгами. Зарплата у нас шикарная, никто подрабатывать не запрещает.
Конечно, таких, как я, суперспециалистов, мало. Но люди не понимают разницу между гримером, стилистом и художником. Особо не раздумывая, могут взять на работу дураков, которые два дня в ПТУ учились. Короче, мне надо в театре держаться. Ясненько?
– Более чем.
Женя взял с подоконника резинку-махрушку и стянул волосы в хвост.
– Я никому не мешаю, работаю великолепно, но директор начал приматываться. Столкнется со мной в коридоре и гаркает: «Лена! Ой, простите, Евгений, принял вас за Иванову».
Дальше – больше, начал вопросы кретинские задавать, типа: «Почему вы всегда один?» А затем напрямую поинтересовался: «Евгений, отчего вы не женаты? Наши спонсоры нравственные люди, им может не понравиться наличие в коллективе пидора!»
– Сурово!
Женя скривился:
– Долдон, чего с него взять. Но деньги-то у бывших уголовников! Я и ляпнул: «Ну и глупость вам в голову взбрела! У меня скоро свадьба»…
Директор одобрительно похлопал гримера по плечу.
– Молодец, скажи нам дату, подарок приготовим.
– Непременно, – пообещал Женя, понадеявшийся, что бывший военный выбросит ненужную информацию из головы.
Но у «настоящего полковника» оказалась цепкая память. Дня не проходило, чтобы кретин не интересовался у Жени: «Ну, когда погуляем? Надеюсь, не передумал жениться?»
Ближе к лету в дружеском тоне директора явственно стала звенеть сталь, и гример понял: он взят на заметку.
