— Как он выглядел?
— Как-то обыкновенно. Как и все нынче… Правда, кости широкой. Стриженый. На ногах кирзачи.
— Может, приметы у него какие-то особые были? Вспомни, Парамон Сидорович, важно очень!
— Так я его особо и не разглядывал, — хмыкнул старик. — Ведь не красная девица! Хе-хе! Плечи вот такие, как у тебя, только росточком будет пониже.
— У него был вещмешок?
— Был, это я сразу подметил. Без него солдату никак нельзя! Ведь нужно же куда-то иголку с ниткой положить, ложку.
— А может, на ремешке вещмешка видел какие-нибудь буквы? Обычно каждый солдатик свою вещицу помечает.
Заведено у нас как-то.
— Да знаю, — махнул рукой старик, — сам пятнадцать лет в кавалерии отслужил. Может, и было чего, но я не заметил. Да и зрение уже не то, чтобы так шибко разглядывать.
— Значит, этот солдат на Рябиновку пошел?
— Точно так! — кивнул дед и взялся за косу, давая понять, что перекур закончился. Дела не ждут!
— Спасибо, дед, ты нам здорово помог.
Шаг у старика был размеренный, ровный, движения привычные и правильные, подстриженная трава послушно и аккуратным рядком падала на землю.
Капитан с бойцами пошел в указанную сторону. У самого леса остановились. Вытащив из офицерской сумки карту, Тимофей присел на пень и аккуратно ее расправил:
— Вот она, Рябиновка. Почему именно туда?.. — И вдруг ахнул: — Так там фильтрационный полк стоит! Значит, он легализоваться решил. Хитро! Скажет, что возвращается из госпиталя, или еще какую-то легенду придумает. Да и документики у него подходящие найдутся, а после фильтрации его в действующую часть направят.
Та-ак, до Рябиновки километров пятнадцать отсюда будет, и это по прямой. Ему еще часа полтора топать. На дорогу он вряд ли захочет выйти, все машины через КПП идут, а еще и на патруль можно напороться. Так что рисковать не станет, тем более столько прошел… Пойдет через лес, там дорога подлиннее, зато побезопаснее. — Посмотрев на часы, он добавил: — Значит, у нас есть еще время. Прибыть мы должны раньше него. — Сложив карту в планшет, строго глянул на бойцов, присевших подле: — Ну, чего сидим, богатыри? Двигаем к дороге! Мир не без добрых людей, подвезут!
Глава 7
Держу на мушке!
В фильтрационный лагерь прибыли через сорок минут — повезло с попуткой.
Заметив ехавший «Студебекер», за баранкой которого сидел водитель лет двадцати, Романцев вышел на середину дороги и, размахивая пистолетом, велел прижаться к обочине. Водитель остановился, но глушить двигатель не стал, опасливо посматривая на бойцов.
