Ни единого намека на то, что в квартире может обитать женщина.
Это немного успокаивает меня; не хотелось бы прямо сейчас разбираться с Делей и что-то ей объяснять.
Кутаюсь в серый мягкий халат и поджимаю под себя ноги. Дима, видя это, достает из шкафа свои носки и садится у меня в ногах. Берет мои ледяные ступни — какие же горячие у него руки! — и тянет на себя.
— Что ты делаешь? — спрашиваю я хрипло и поджимаю губы.
— А что, по-твоему, я делаю? — спрашивает он, но я не отвечаю. — Спасаю тебя, Сонь.
Димка надевает теплые носки и отпускает мои ноги, которые я спешу снова подтянуть к себе.
Затем уходит и возвращается с аптечкой.
— Держи, — протягивает мне градусник, — надо проверить температуру. Ты вся горишь.
Поворачиваюсь на бок и позволяю Димке это сделать. Одной рукой он поднимает мою руку, а вторую засовывает за полы халата и кладет мне под мышку градусник.
Его кадык при этом ходит ходуном, а глаза пьяно следят за моим телом. Он с жадностью смотрит в разрез халата. Там ничего не видно, все стратегически важные места прикрыты.
Дима цепляется взглядом за ключицу, ласкает глазами мое тело. Или это мне так кажется? Да, наверняка это игры воспаленного воображения.
— Сонька, — зовет меня, — что ты ела?
— Скорее всего, это от шаурмы. Наверное, мясо оказалось несвежим, — с трудом выдавливаю я.
Волков хмурится:
— В каком кафе ты ела шаурму?
— Э-э, вообще-то я ела ее в парке.
— В парке?! — восклицает он. — Ну ты даешь, Калинина!
— Она так вкусно пахла… — честно признаюсь я. — И я больше не Калинина… Хотя скоро снова стану ей…
Последнее произношу в бреду, потому что чувствую, как сознание начинает утекать.
— Мужу звоним?
— Нет больше мужа.
Слышу слабый писк, а после такой родной голос произносит:
— У вас, гражданка Калинина, тридцать девять и пять.
— Надо спасать, — отвечаю и закрываю глаза.
Да… от спасения я бы не отказалась…
Глава 15. Та сторона
Соня
Глаза открывать больно, голова чугунная, ко всему прочему перед глазами все плывет.
Кое-как сажусь на кровати, в боку отдает тупая боль.
Оглядываюсь вокруг, вспоминая события вчерашнего дня.
Предательство Руса, драка, полиция и как вишенка на торте — я заблевала квартиру Димки и завалилась спать в его халате. На его кровать.
Со стоном откидываюсь на подушки и прикладываю ладони к горящим щекам.
— Ты как? — неожиданно открывается дверь, и заходит мой бывший парень.
Одет по-домашнему, и что-то внутри меня дергается, болезненно скручивается, перекрывает кислород.
— Нормально.
