Женщина в этом доме не будет иметь прав, а служанка не станет раскрывать рот о хозяевах, поэтому даже не стоило пытаться сдружиться с девушкой. Я чувствовала, что ей не нравлюсь. Она смотрела на меня с презрением и даже не думала скрывать своего отношения. Мне до нее не было дела, я просто мечтала отсюда сбежать, забрав брата и Владимира. Надежда таит в себе опасность. Позволив ей завладеть разумом и сердцем, я стану сидеть и ждать, ничего не предпринимая…
Выглянув в коридор, я постаралась хоть что-то услышать, но дом безмолвствовал.
По крайней мере сюда не доносились никакие разговоры или шаги. Как только я пересекла коридор, из темного угла выплыл охранник в белой одежде. Я прямо на месте чуть не преставилась. Сердце выскакивало из груди, на губах застыл немой крик. Напугал до смерти!
— Вернитесь к себе, — произнес он холодным тоном.
— Мне нужно поговорить с Тариком, — охранник хорошо владел английским, поэтому, несмотря на мою нервную испуганную речь, должен был меня понять.
— Он занят, — сделав шаг, преградил мне дорогу.
Руки он держал внизу, сложенными у паха, но, если я начну борзеть, точно пустит их в ход. — Идите к себе, — прозвучало с угрозой. Пришлось развернуться и уйти.
Чем это так занят Тарик? Врач ему вроде постельный режим прописал!
Приняв душ, я расправила постель и прилегла прямо поверх одеяла. Дверь запиралась, но я не могла доверять Тарику, у него наверняка есть ключи.
Я уже засыпала, когда дверь без стука открылась. Вздрогнув, уставилась в проем.
Там стоял Тарик, я узнала его силуэт, лица было не рассмотреть. Решила притвориться спящей и посмотреть, что он будет делать. Что-то пробормотав под нос на арабском, он подошел к постели. Стоял так, наверное, не меньше минуты.
— Аврора, ты спишь? — потряс за плечо. Когда он наклонялся, я еле удержалась от вскрика.
— Уже нет, — произнесла я, поднимаясь с постели. — Ты что-то хотел?
— Отвести тебя к брату. Я обещал, — Тарик был спокоен. Мне хотелось ему съязвить, сказать какую-нибудь гадость, но это было бы ошибкой.
Нужно постараться с ним наладить отношения, теперь только он мог в этом доме защитить меня и Юрку. Делать его врагом не стоит. Пусть он начнет мне доверять, а там будет видно.
— Ты очень долго шел, я устала ждать, — спокойным тоном, все та злость, что горела во мне, там и останется.
— У меня были дела, я только что вернулся, — отступая в сторону, он пропустил меня вперед. В коридоре горел тусклый свет, который не мешал глазам.
