Я знаю, что каждое свое звание он получил заслуженно, он крутой спецназовец и командир, и где-то глубоко внутри я очень сильно им горжусь, хоть и не часто это показываю или говорю. Аврору я могу ему доверить, он сделает все, чтобы она не пострадала.
Нельзя все просчитать, но я стараюсь учесть каждую мелочь, чтобы максимально исключить риски для заложников. С Авророй получается легко, когда я вижу, что она падает на землю и прикрывает голову рукой, мысленно отдаю приказ ползти под внедорожник, будто слышит.
Зная, что она в относительной безопасности, а Яр с ребятами ее прикрывают, выдыхаю.
Напряжение, все это время сковывавшее затылок, начинает осыпаться, отпуская на волю инстинкты. Тарика я приказал не трогать. Он мой! Я спрошу за каждый испуганный вздох Авроры, спрошу за каждый мой оголенный нерв.
Вот мы и встретились…
Смотрю в трусливые испуганные глаза и понимаю, что не стану останавливать свою темную сторону. Да, такая сторона есть у каждого мужика. Военным часто приходится сталкиваться с ней, тут главное — не дать ей завладеть твоим сознанием.
Помогают стальные нервы, опыт, выдержка и регулярные тренировки.
Он тронул неприкасаемое. Он ударил по самому больному."
"Не спрашиваю, что он себе позволил в отношении Авроры, Тарик сам кричит и клянется, что не тронул ее, когда я методично ломаю каждую кость в его теле. Я ведь обещал.
Оставляю его живым и даже позволяю доктору блокировать его боль, не хочу, чтобы он умер от шока. Передаю информацию на Тарика, которую успел накопать мой хакер, пока мы прорабатывали операцию.
Там немного, но хватит, чтобы понять замысел племянника — занять место дяди. Право лишить Тарика жизни оставляю за Иссамом.
В этом мире ничего не изменится. Всегда найдутся те, кто пытается прибрать все к рукам нечестным путем. В случае с Иссамом все сложно, он получает одобрение сверху, его курируют люди в правительстве. Уберут Иссама — на его место тут же поставят другого. Этого хотя бы знаем. И теперь он мой должник.
Напряжение возвращается, когда едем на базу.
Вроде понятно, что все закончилось и продолжения не будет, но не отпускает меня, рвет изнутри. Впервые не знаю, как себя вести! Засада! Никакого опыта и знаний не хватит, чтобы разрулить. Ее папаша меня под трибунал отправит, а ее в какой-нибудь заграничный закрытый универ отошлет. Думать-то о ней мне старый ублюдок не запретит!
Я не успел с ней увидеться. Сразу, как приезжаем на базу, меня прихватывает командующий группировкой, лично встречает, требует отчитаться.
