С Агатой мне было легко. Говорят, с внуками взрослые ведут себя иначе, чем с детьми. Это так. Всё дело в возрасте… и мудрости, которая приходит, пусть и не к каждому. Ты понимаешь, что половина из тех придирок и замечаний, которыми ты донимал своего ребёнка, выеденного яйца не стоят. Время летит так быстро! Хочется просто наговориться. Рассказать всё, что кажется наиболее важным, помочь адаптироваться в обществе, в государстве, в жизни в целом. Работа и деньги отходят на второй план. Мысль, что надо заработать больше — и это только ради ребёнка, ради его материального блага — всё уходит.
Мудрая старость понимает: никакое количество денег не заменит твоего тепла. Ты — бесценна, а не твоя зарплата! Именно сейчас — в этом возрасте!
А вот когда твой ребёнок становится подростком — вот тогда и надо включать на полную нитро-ускорители своей работоспособности.
Почему мы делаем наоборот?! Ведь вселенская загадка конфликта «отцов и детей» сконцентрирована именно в этом: когда надо любить — мы работаем, а когда надо тихо отстраниться от уже по сути воспитанного ребёнка, мы начинаем приставать к нему со своими придирками.
А уже «фсё»! Несвоевременное воспитание только усугубляют отношения родителей и детей. Надо было воспитывать вовремя. Тогда, когда ребёнок впитывал, как губка, все ваши слова.
Вот поэтому у меня рот не закрывался, когда Агата бодрствовала. Ни рот, ни уши, потому как вопросов у малышки был целый миллион! Да что там миллион?! МИЛЛИАРД!
— Скаска не консилась? А длакон где? А куда мы идём? Платье класивое… А мне такое дас?
Я отвечала на всё, посмеиваясь.
Агату переодела в белое платье с красными маками, поправила кудряшки и поцеловала свою красавицу в сладкий носик.
— Идём. У нас осталось десять минут. Нельзя заставлять людей себя ждать… даже если эти люди — драконы! — именно так я воспитывала внучку. Не одинокими наставлениями, а собственным примером!
Мы спустились по лестнице, никого не встретив.
Поняла, куда идти, по звуку. За левой дверью холла тихо звякала посуда.
Судя по всему, именно там находилась столовая резиденции.
Я взяла Агату за руку и толкнула дверь, спокойно входя внутрь.
И не ошиблась! Большая столовая с одним единственным столом по центру комнаты предназначалась именно для трапез. Канделябры с огромным количеством свечей, изысканная сервировка, накрывающие на стол горничные — всё указывало на то, что наш ужин запланирован именно здесь.
С громким шумом что-то упало.
Я резко повернула голову в сторону звука.
