От возмущения я некоторое время только и могла, что кашлять.
– Кх… кхм… то есть если я не твоя пара, то так бы и продолжил?!
– Нет, я…
– И вообще! – продолжала я, распаляясь все больше. – Что такое пара? То есть ты вот ненавидишь и презираешь кого-то, а тут бац – и пара? Это как работает? Это вроде того, что определили тебе пару – и все? Придется полюбить? А если тебя не полюбят? Я вот тебя сейчас треснуть хочу, а не замуж идти!
– Тресни, – согласился Гад. – Тебе можно, Рада. Только ты зря сейчас злишься.
Точнее, я сам на себя злюсь. Дело ведь не в паре. Я не должен был так себя вести, ясно? Да, я был не прав. Но вспомни, что здесь творилось в дни поступления! Не прошедшие отбор особы всеми силами старались хоть за кого-то ухватиться и найти себе покровителя. Я устал от бесцеремонных девиц и их неловких попыток как бы невзначай познакомиться. А тут ты падаешь мне прямо в руки. Извини, что принял за одну из них и был намеренно груб.
– Но глаза же у тебя были. Разве не понял из нашего разговора, что я не из таких?
– Какие только спектакли передо мной не разыгрывали до тебя! Но твои возмущение и дерзость были даже забавны.
Ты казалась неискушенной, хотелось схватить тебя в охапку и выставить за ворота академии, чтобы не искала приключений и возвращалась домой. Потом я все никак не мог выбросить тебя из головы. Сам не понимал, почему ты так на меня действуешь!
– Как? – стало вдруг любопытно мне. Ведь раньше была уверена, что раздражаю его одним своим видом.
– Я думал, ты меня пытаешься приворожить, – проворчал Гад.
Вот не собиралась хохотать, но нервный смешок вырвался. Зара под плащом пошевелилась, вздохнула. Вот кому хорошо. Сделали фамильяром, покормили, спать уложили.
– Зачем мне тебя привораживать?
Лицо Гада отразило искреннее изумление. А, ну да, конечно. Первый парень на деревне, богатый и красивый. Думаю, его уже пытались приворожить. Даром что на высших это не действует.
– Я думал… – Он провел рукой по лбу. – Ну, ты… меня к тебе сразу потянуло, но я от этого бесился.
Потому что не такие девушки нравились раньше. А ты на меня даже не смотрела, еще и огрызалась.
Я ему много чего могла сказать про то, что огрызалась, про его поведение. Гад он самый настоящий и вел себя со мной отвратительно! Но еще свежи были воспоминания о том, как пряталась за его спиной. Он защищал меня, оберегал. И с Зарой помог. А мы, ведьмы, не только обиды, но и добро помним.
Даже матушка меня учила, что надо уметь прощать.
