– Лариэль, но сейчас ты выросла. И ты согласна, если у него, помимо тебя, будет еще две жены? Ведь ты привыкла к другому. У твоего отца только одна твоя мама.
– Все сложно, – вздохнула принцесса.
– Объясни!
– Понимаешь, когда отец нарушил традиции и распустил гарем, было много недовольных. Он начал преобразования, но любые изменения народ принимает в штыки, даже если они идут во благо. Игенборг славится соблюдением традиций наших предков. Даже этот отказ от корфы… Как видишь, я ее ношу, чтобы показать, что чту заветы.
Нам с братом важно показать всем, что, несмотря на отличия нашей семьи от остальных, мы воспитаны в почтении к заветам предков. Чтобы стать продолжателем дела отца, ему необходима поддержка народа. Для процветания страны нужны реформы, но народ с недовольством воспринимает все новое. Поэтому им так важно видеть, что что-то остается неизменным.
– У твоего брата есть невеста?
– Да. Он понимает необходимость соблюдения традиций.
– А Ясарат тоже помолвлен?
– Он тебе не говорил?
– Я не спрашивала.
Но он хочет пригласить меня к вам и познакомить со своими родителями. Наверное, это было бы неуместно, будь у него невеста? – с надеждой спросила я.
Лариэль стала серьезной и отвела от меня взгляд.
– Он обручен… – поняла я, а внутри все упало.
– Он хочет познакомить тебя с родителями. Это уже говорит о серьезности его намерений в отношении тебя, – возразила она.
«Может, он хочет разорвать помолвку и для этого настаивает на знакомстве с родителями?» – задумалась я, воспрянув духом.
Ведь Яр аристократ, а не наследник, чтобы строго следовать традициям многоженства.
– Скажи, а это обязательно – иметь трех жен? Неужели среди придворных нет таких, у кого только одна супруга?
– Почему же, у агаси Тарлана айна Дианта является единственной женой, он так больше никого и не взял.
– Родители сделали удачный выбор?
– Нет. Его первая жена умерла при родах, – вздохнула Лари. – Не спасли ни ее, ни ребенка. Он долго переживал их гибель и был один. А потом встретил айну Дианту – она приехала с дипломатической миссией – и ей всецело отдал свое сердце.
– Мне это больше по душе, – честно призналась я.
Судя по лицу принцессы, ей тоже. Но над ней довлели традиции Игенборга, против которых пойти она не могла. Мне так жалко ее стало, что я не сдержалась:
– Ты знаешь, мне кажется, что Вальд к тебе тоже по-особому относится. А у демонов пара единственная и на всю жизнь. Ты бы присмотрелась к нему.
– Я не пойду против воли отца, – поникла Лариэль.
