На первом этаже таверна «Хромой разбойник». На двух этажах ― номера, которые сдадут на час. Но есть и глухой подвал. В подвале есть потайная дверь, которую можно увидеть только с заклятием «истинного взгляда», ее закрывает иллюзия большой силы. За иллюзией дверь железная. Которую можно сломать. Или взломать. Или взорвать. Как угодно. За ней ход ― длинный, темный. В конце хода есть портал, активированный всегда. Он ведет за Лесной хребет, от портала ― дорога, скорее даже тропа, годная конному, но повозка не пройдет. Сам выход во дворе крошечного замка, даже не замка, а крепкого особняка.
― Выход охраняется?
– Наверняка, но я не знаю каким образом. Меня провожали ― и сразу же вели дальше от этого места. Там есть конюшня, в ней кони, которые не боятся вампиров. Конному все равно пара дней пути, но есть убежище[71] для ночлега, там и для лошадей место есть. А затем дорога упирается в большой замок, в котором бывает Белый. Бывал, по крайней мере, часто бывал. И дорога туда одна, и все вокруг охраняется. Как именно ― я тоже сказать не смогу.
И магически, и не магически, это я знаю. Как обойти охрану ― не имею понятия. А через портал можно прорваться.
― Хорошо, я проверю, ― кивнул я. ― Если ты обманул ― я вернусь.
― У тебя плохо с логикой, ― засмеялся вампир. ― Если я обманул, твоя клятва ничего не стоит. Я не обманул. Ищи портал там.
― Верно. Наверное, устал я сегодня. Что ты хотел еще сказать? Я бы ушел из этого гостеприимного места с удовольствием.
― Хотел попрощаться. Уже не увидимся, ― ответил вампир.
― Помни, что ты мне обещал.
― Может, и увидимся, ― пожал я плечами.
― Нет, уже не увидимся, ― повторил вампир и посмотрел в потолок."
"Я встал со стула, понимая, что сейчас произойдет что-то. Вампир зашевелил губами ― сначала беззвучно, затем я его услышал. Голос его стал громче, затем начал двоиться, троиться. Он уже кричал, притом так, что гудели решетки, разделяющие нас. Он кричал что-то вроде: «Теперь же, Ашмаи, лич и сеньор нашего народа, я предаю тебя этим людям. Я предаю твое дело и предаю твое имение! Я называю им твое настоящее имя, ибо имя это ― Ac…»
В этот момент голос его пресекся, словно кто-то звук выключил, а сам он вспыхнул, как облитый бензином.
По мне ударило страшным жаром, я едва успел отскочить, прикрывшись локтем, броситься к выходу, где в дверях столкнулся с двумя надзирателями, бегущими к нам. Но, ощутив этот жар, они тоже бросились назад, топая ботинками по бетонному полу.
― Пожарных зовите! ― заорал один из них.
