— Писательство? Жизнь в Москве? Роман с Миленой?
— Ни про какую Милену я не знаю, — Наталья махнула рукой и двинулась по коридору в сторону кухни, приглашая Ганну следовать за ней. — За Валечкой бабы всю жизнь косяком ходили. Красивый он у меня. Был… — Она всхлипнула.
— Говорят, он с этой Миленой собирался за границу уехать жить. В Испанию. — Ганна закинула еще один крючок в надежде получить хоть какую-то информацию.
— А может, и в Испанию… С такими-то деньжищами везде хорошо. И в Испании тоже. Вот только и до беды с ними недалеко.
Я ж как чуяла, предупреждала его.
— О чем предупреждали, тетя Наташа? Я ничегошеньки не понимаю, — взмолилась Ганна. — Какие деньжищи? Не было у Вали никаких деньжищ. Или он про Миленины деньги говорил?
— Да не знаю я про Милену, вот заладила. — Наталья повысила голос. — На бабские деньги чего рассчитывать. В этой жизни окаянной только на самого себя полагаться можно.
— То есть у Вали были деньги, на которые можно было уехать жить за границу? — на всякий случай уточнила Ганна, хотя обстоятельств жизни Ванюшкина не знала.
— Может, его из-за этих денег убили?
— Не было у него денег. Он в этой вашей Москве от зарплаты до зарплаты жил, копейки считал, — непоследовательно сообщила Наталья. — Все надеялся, что прославится, станет известным писателем, вот тогда и заживет как человек. Писатели-то известно, какие тыщи зашибают.
— Нет никаких тыщ у писателей, — грустно сообщила Ганна. — Это я точно знаю.
— Ну то мне неведомо. Но Вале должно было наконец-то счастье улыбнуться.
Что ж всю жизнь в нищете. Одним, известно, все само в руки идет. И квартиры, и машины дорогие, и дома заграничные. А он ничуть не хуже у меня. Все говорил, вот, мама, наконец-то мне свезло. Сейчас главное — все правильно выстроить, и заживем как люди.
— Что выстроить? Вы так говорите, как будто Валька клад нашел.
— Клад не клад, а нашел. — Женщина вздохнула. — Но от чужого добра до беды недалеко. Уж я говорила ему, говорила. Поостерегись, мол, Валюшка.
— Тетя Наташа, вы можете по-человечески рассказать, а то я уже совсем запуталась.
— Да что ж тут рассказывать-то. Валечке один ценный предмет достался. По наследству, можно сказать. Он сначала-то не знал, что он ценный. Посоветовался со знающими людьми, те цену и назвали. Немало цену вещь та стоила. На эту сумму до конца дней можно было как сыр в масле кататься. Только где большие деньги, там конец дней совсем рядом. Так с Валей и вышло. И не спрашивай ты меня больше ни о чем, не рви душу.
