– Просто не очень счастливый человек, – резюмировала Саша, – поэтому самоутверждается за счет других. По большому счету, ее надо пожалеть.
– Не собираюсь я ее жалеть, за полчаса всю кровь выпила, оскорбляла, угрожала, еще отзыв обещала написать о гостинице отрицательный, а нам потом с Михаилом Витальевичем объясняться.
– Я напишу положительный, – пообещал Одинцов.
– Правда? – Щеки Кристины окрасил нежный румянец.
Девочка явно увлеклась. И немудрено. Пришел, разрулил ситуацию, спас от склочной женщины, теперь очаровывает обещаниями.
Да что там девочка… Саша сама стоит, смотрит на него и сходит с ума. Димка, Димка…
– А у вас здесь есть однофамилец! – заявила вдруг Кристина.
– Правда? – Он удивился очень натурально, а Саше вдруг захотелось уйти.
– Да, у Саши тоже фамилия Одинцова.
– Кто бы мог подумать… – В его голосе проскользнула легкая ирония. – Вот так случайно встречаются люди в маленькой гостинице, а потом выясняется, что у них одинаковая фамилия.
Встречаются, и понимаешь, что ничего счастливее в твоей жизни не было, как то время, когда вы были вместе, радовались одним и тем же вещам, смеялись над одними и теми же шутками, понимали друг друга с полуслова, были родными.
А теперь все это в прошлом.
Что ему здесь делать до понедельника, если не обсуждать предстоящий развод?
В затянувшемся молчании появилась осязаемая тяжесть, даже Кристина почувствовала дискомфорт.
– А про писателя правда? Привезете? – сменила она тему.
– Если честно, то вряд ли. Но вашей вредной даме знать об этом не обязательно.
– Одинцов перевел взгляд на Сашу и очень серьезно сказал: – Александра, не уделите мне несколько минут своего времени?
Вот оно. То, зачем он приехал. Собственный голос Саша не узнала:
– Да, конечно. Если что-то важное, мы можем обсудить это во дворике.
– Важное.
– Хорошо, пойдемте. Кристина, я на телефоне, приедет актер – позвони.
– Ладно, – немного растерянно ответила девушка.
Они вышли в тот самый двор – бывший яблоневый сад, где росла старинная липа, сели за столик.
Погода была замечательная – августовское солнце, греющее, но не припекающее, свежий чуть прохладный ветер. Хотелось чаю, варенья и не говорить о проблемах.
Только обнять, вспомнить, каково это – быть с ним рядом. А вместо этого:
– Ты знаешь Святослава Аркадьевича?
– Я даже не представляю, кто это, – пожал плечами Дима. – Но ваша постоялица имела такой многозначительный вид, когда произносила его имя-отчество, что сразу стало ясно: большой человек.
